Александр Гордеев. Во время поездок с харьковским составом группы «Разные Люди» в 1997 году. Фото из архива Александра Чернецкого.

АЛЕКСАНДР ГОРДЕЕВ: «Я ДОЛЖЕН БЫЛ ЗАБРАТЬ ЧЕРНЕЦКОГО С СОБОЙ, А ЕМУ ПРИШЛОСЬ ДОБИРАТЬСЯ САМОМУ»

Александр Гордеев – самый музыкальный директор и самый играющий харпер не только в русскоязычной музыке. Его губную гармошку можно услышать в тех альбомах, которые он совершенно не помнит, поскольку событий в жизни больше, чем нот. Постоянный участник группы «Разные Люди» с самых ранних пор, а также директор групп «Король и Шут», Захар Май и «Шива», «Шana», и переигравший с сотнями музыкантов по всему земному шару, поведал в интервью для книги «Жизнь стоит того…» о самых ярких моментах развития харьковского, питерского, и американского периодов в жизни группы «Разные Люди».

Из интервью Александра Гордеева для книги «Жизнь стоит того…»:

 

Как тебя встретила музыка в жизни и как стал играть на губной гармошке?

До губной гармошки были ростки из семьи. Всё просто. У нас сельская украинская семья. Мама готовила по хозяйству и всегда пела. Отец играл на семиструнке. Правда, из-за того, что у него была травма пальцев рук, он придумывал другие аккорды и не мог ими поделиться. Старшая сестра училась в Донецке, в культпросвете, на режиссуре, и привозила с собой музыку.

А главное движение к рок-музыке, произошло во время радиолюбителей. Когда мне было лет 10-14, это всё было на пике. Были дядьки, которые паяли передатчики и передавали музыку из села в село. В советское время их гоняли. Если ловили, забирали у них телевизоры, холодильники. Но, тем не менее они умудрились поставить «Pink Floyd», «Led Zeppelin» и любой другой глоток музыки, который доносился в село.

В школе, техникуме и мореходке, когда учился, там уже по полной юзалась гитара. А самый главный толчок к губной гармошке и вообще к музыке получил с 1983 по 1985-й, во время армейской службы с Сергеем Николаевичем Чиграковым. Он пришёл из Ленинграда в армию и уже учился в институте культуры на дирижерском. Чиж пришёл с мощным объёмом музыки вообще, и писал чуть ли не каждый день по песне. А у меня в армии была гитара.

С другой стороны, был Тигран Орбелян, здравствующий композитор, игравший джаз-рок. А первую музыку с нашими словами, которую услышал, это был «Аквариум» и Виктор Цой. Я то и раньше слышал названия, но Чиж однажды из отпуска привёз какие-то бобины. Мы умудрились их заслушать до дыр. А немецкая губная гармошка попала в руки, когда посадили на гауптвахту. Тогда не было юзовых гармошек. Я вообще не мог понять, как из них извлекают звуки.

Александр Гордеев. Во время поездок с харьковским составом группы «Разные Люди» в 1997 году. Фото из архива Александра Чернецкого.
Александр Гордеев. Во время поездок с харьковским составом группы «Разные Люди» в 1997 году. Фото из архива Александра Чернецкого.

С Чижом вы вместе играли фактически в армии? Были какие-нибудь минутки, когда брали, садились, в перерывах?

Я был в клубе. Чиж – в штабе, где не помузицируешь. Поэтому он каждый вечер проникал в клуб. Закрывались шторы. Чиж приносил тексты песен и много стихов. Одна из песен, например – ныне известная «Сенсемилья». Для него это была явная возможность выжить в идиотизме советской армии. У меня была гитара. На ней мы не просто музицировали. Он, конечно, на голову выше играл. Всё-таки музыкальное образование. Играл наизусть всех «битлов» и показывал мне как это играть. Читали книжки, обменивались впечатлениями. Так мы провели плечом к плечу 2 года.

Рождество в селе Звановка (Донецкая обл.) 7 января 1989 года. «Разные Люди» с местном сельском клубе играют танцы: Павел Михайленко (бас), Сергей Чиграков (ударные), Александр Чернецкий (вокал), Олег Клименко (гитара), Александр Гордеев (губная гармоника). Фото из архивов Александра Чернецкого.
Рождество в селе Звановка (Донецкая обл.) 7 января 1989 года. «Разные Люди» с местном сельском клубе играют танцы: Павел Михайленко (бас), Сергей Чиграков (ударные), Александр Чернецкий (вокал), Олег Клименко (гитара), Александр Гордеев (губная гармоника). Фото из архивов Александра Чернецкого.

Твоя родительская семья была в Харьковской области или это был другой регион?

Донецкая область, Бахмутский район, село Звановка. Очень известное село, где жила бабушка Владимира Сосюры. Он там проводил детство, как и Всеволод Гаршин. Они звановские. Село необычное – большое, мощное, наполовину состоящее из переселенцев с Западной Украины, которые работали в шахтах. Они перемешались со старым поселением. Когда Чиж, Чернецкий, Клим и Паша приехали в первый раз к нам в гости, в советское время, там люди колядовали и пели народные песни.

Александр Чернецкий, Сергей Чиграков и Александр Гордеев. Санкт-Петербург. 2002 год. Фото: Андрей Федечко.
Александр Чернецкий, Сергей Чиграков и Александр Гордеев. Санкт-Петербург. 2002 год. Фото: Андрей Федечко.

Как ты в таком случае попал в Харьков?

После армии поступил в университет, а Чиж женился. Затем я перевёлся на заочное и поступил в Харькове на геофак. В общежитии на ул. Артёма, 46; в соседнем здании репетировали «Разные Люди».

О Саше Чернецком узнал в какое время? Помнишь ли ты первую информацию, которая проскочила, что ты узнал, что есть такой человек?

Чиж женился, и я до этого и после ездил к нему в гости, в Дзержинск. Однажды он пригласил меня в Горький (ныне – Нижний Новгород), на II-й Горьковский фестиваль. Его группа «Группа Продлённого Дня» играла «металл», с хайерами и прочей атрибутикой. Чиж визжал: «Припять, больно слышать твою тишину». У него была такая песня, посвящённая Чернобылю.

Так вот. Когда, был у него в гостях, мне дали проходку, на которой было написано «ГПД». А так как я приехал из Харькова, было написано «Харьков». И люди, которые стояли передо мной, удивлённо сказали: «Ты из Харькова? Да? Вообще-то мы «ГПД» из Харькова». Это были Павел Михайленко, Александр Чернецкий и Серёжа Мясоедов – музыкальный журналист. После выступления харьковской «ГПД» мы пошли знакомиться-брататься. Так произошла встреча. И я уже поехал в Харьков с харьковской «ГПД».

В поезде познакомились ближе. Узнал ещё, что мы в Харькове соседи. Там рядом с ул. Артёма было тусовое кафе «Наган». Стал к ним заходить в гости. И так начались наши отношения со всем этим коллективом.

Можешь вспомнить тот момент, когда ты начал играть на харпе в составе «Разных Людей»?

Советское время. У меня была не блюзовая гармошка, на которой изредка подыгрывал. Больше занимался административными делами. Директором был Игорь Сенькин. Мне стало интересно ездить на концерты, хотя не был в составе группы. Помогали друг другу.

Поэтому, когда ушли директор – Игорь Сенькин, барабанщик – Владимир Кирилин и клавишник – Евгений Обрывченко… состоялся большой концерт, в ДК, в районе Новых домов. Полный зал. И вместо того популярнейшего состава «ГПД», на сцену вышел т.н.з. рабочий состав «КПСС» (расшифровка – Клим, Паша, Саша и я, – и Саша). Мы, сидя, в акустике сыграли какие-то песни. Это было моё первое выступление с парнями.

Сергей Чиграков, Александр Чернецкий и Александр Гордеев. Санкт-Петербург. 2003. Фото: Андрей Федечко.
Сергей Чиграков, Александр Чернецкий и Александр Гордеев. Санкт-Петербург. 2003. Фото: Андрей Федечко.

Вопрос на опережение. Как ты оказался в Петербурге и стал директором группы «Король и Шут» после Дмитрия Журавлёва?

Я жил в Харькове и с кем только не играл – группы «Разные Люди», «Дождь», «Утро», «Ку-Ку» и др. После отъезда Чижа, Чернецкий болел, группа «Разные Люди» давала всё меньше концертов. У меня было летнее музыкальное кафе «Каскад», в харьковском саду им. Т. Г. Шевченко. После развода попадаю в Москву. У меня был непростой отъезд из Харькова. Попал в ситуацию, когда вообще не знаю, что делать. Музыка как всегда помогла.

Попадаю в дом к своей подруге – Лене Карповой. Она была музыкальным редактором у Влада Листьева, в программе «Взгляд»; потом – в программе «Антропология». Лена Карпова тогда отсматривала музыкальные коллективы и предложила варианты сотрудничества с Николаем Носковым, Александром Маршалом и другими.

Говорит: «Ко мне приехали интересные ребята – группа «Король и Шут», из Питера». Я послушал их «Акустический альбом», изданный «ОРТ рекордз». К тому времени у них уже вышло несколько альбомов на кассетах.

Карпова, так понимаю, продвинула эту группу. На первой встрече мы увиделись сначала с Яковом Цвиркуновым, а потом с Михаилом Горшеневым и Андреем Князем встретились в гостинице, в номере.

В Питере проводился фестиваль «Fuzz», при поддержке одноимённого журнала. Мне интересно посмотреть, как они выступают, и я поехал в поезде с группой «ЧайФ», и с Дмитрием Гройсманом (мы знакомы, много лет), и группой «Вопли Видоплясова». Я больше общался с ними, как с земляками.

Когда на сцену вышли «Король и Шут», по реакции зала я понял, что это не просто коллектив. Он мне стал интересен. Можешь представить, после всего блюза, рока, такой «цирк» на сцене.

Я остался и пошёл к ним на репетиционную точку договариваться. До сентября побыл в Москве, потом переехал. Мой отец был председателем колхоза, и говорил, что председатель не может жить в соседнем колхозе, а должен жить в своём. Поэтому переехал в Питер. После переезда, организовали переезд Чернецкого. Да ещё и Чиж в Питере.

Помимо музыкальной истории, Чиж – крёстный отец моей старшей дочки. Мы – друзья. Есть где голову приклонить и в куске хлеба, не то что не откажут, а настойчиво предложат. Думаю, ну что я буду сидеть. И Питер для меня всегда был значимым городом. Мы приезжали на съёмки фильма «Оно».

Ты тоже принимал участие в организации поездки на «Ленфильм»?

Я тогда уже вёл административные дела. Но на губной гармошке играл мало. Можешь представить, в 1990-м, поехал в Германию и накупил себе гармошек. Тогда-то понял, что есть блюзовый строй, тональность, и много чего… После играл с Александром Долговым уличные концерты в Германии. Хорошая школа. Данный период не прошёл зря. Да и много играл с хорошими исполнителями. Ставил пластинки и играл под B.B. King. С такими пацанами быстро растёшь.

Когда Саша Чернецкий, в течении нескольких дней принял решение переехать в Питер, его первые концерты, были организованы тобой.

Приветственные концерты были организованы в баре «Корсар». Уже будучи директором «Король и Шут», я приехал на концерт в Харьков, и пришёл к пацанам на репетицию. Были Сечкин, Паша, Чернецкий, Клим, – и говорю: «Поехали в Питер! Там жизнь, музыка, движение! Что мы сидим тут в этом Харькове?». Почему «мы»? Потому, что считал себя, даже знакомясь с «Король и Шут», музыкантом «Разных Людей». Для меня это было святое. Хотелось вытащить пацанов на концерты и запись. Чиж ведь сядет рядом и сыграет!

Группу «Разные Люди» в Питере любили и помнили. Там выпускались их альбомы. Когда все пацаны сказали: «Не-не!» (у кого мол семья, у кого дела); Чернецкий меня догнал и говорит: «Шура, а я поеду!» (Шурой меня, кроме Чернецкого, никто в жизни не называл). Мы начали думать, как это сделать. Говорю, давай приеду и организуем. Я периодически приезжал.

Александр Гордеев и Юрий Морозов. Начало 2000-х. Санкт-Петербург. Фото из архива Александра Чернецкого.
Александр Гордеев и Юрий Морозов. Начало 2000-х. Санкт-Петербург. Фото из архива Александра Чернецкого.

Хочу спросить о концерте в Бердянске, на котором познакомились группы «Король и Шут» и «Разные Люди».

У меня даже есть видео с этого концерта. Кто-то мне прислал. Я смеялся. Сейчас один из организаторов покойный, не хочу говорить плохо, – но они не справились с ситуацией. Нас поселили в пионерском лагере и сказали, что фестиваля не будет. А мне группу вывозить. Поэтому пришлось проехаться по соседним кабакам, взять комбики и превратиться из директора группы в организатора фестиваля.

На какой-то баскетбольной площадке мы провели этот фестиваль. Чернецкий пел песни, я играл на гармошке, а Саша Щиголев стучал на барабанах.

Потом вышли ребята из «Король и Шут», и эта баскетбольная площадка, огороженная сеткой, превратилась в… Когда я увидел это видео, запомнил его надолго. Тем не менее, выехали из этого города.

Потом был концерт «Король и Шут» в Харькове, осенью в ККЗ «Украине». Эти же организаторы хотели сделать добавочный концерт. Но на этом концерте меня забрала милиция. В общем, я должен был забрать Чернецкого с собой, а Чернецкому пришлось добираться самому. Ну, как, они сели да поехали. У него был врач, который операцию делал и смотрел за ним всегда. В свете событий мы уже встретились в Питере, и сделали концерт в клубе.

Это было рядом с Чижом. Чиж жил рядом. Клуб находился на втором этаже. Встретились, выпили, пошли играть. С нами был какой-то гитарист из известной группы. Улица Малая Морская. Если по Невскому проспекту идёшь, налево поворот.

Пока Чернецкий собирал состав, кто только не переиграл с ним. Пару концертов сыграли напротив этого места, в пивбаре «Корсар». Не то чтобы там Сане денег не дать, а надо же было играть и заявлять о себе. Это сейчас у него состав – звёздный, позавидуешь. А тогда, вот он только приехал, и начались эти концерты, какие-то выступления.

Когда «Король и Шут» подымался, стало потом просто взять и поставить блок на фестивали «Крылья-2003» и «Нашествие». В блок входили: «Король и шут», «Чиж и Сº», «Разные Люди», Захар Май и «Шива». Играли подряд четыре моих проекта. Понимаешь? А почему бы нет? На большую сцену.

Ты в том числе играл в составе проекта «Шива»?

Этот проект я точно организовывал, полностью. Да, и там даже в одной песне сыграл на записи альбома «Чёрные вертолёты». А Захара Мая открыл для себя ещё раз, когда зашёл на его сольник в Киеве. Он говорит: «Кто-то может сыграть, я спою?». Так, российская часть этого проекта была полностью на моих плечах.

С Захаром мы знакомы со времён репетиций в общежитии на ул. Артёма, 46. Захар приходил и играл на гитаре у меня в комнате общаги. Он уже был невероятно талантлив и подкован. При этом, пронёсся как хвост кометы. В течение года эмигрировал в Штаты и на память мне оставил невероятный подарок – альбом «Битлов» – «Сержант Пеппер» на виниле. Отец Захара был фотограф. У него были перефотографированные песни «The Beatles», с нотами, можешь себе представить? Альбом, на котором были ноты и тексты песен. Можно было сыграть в правильной тональности.

В то время пока он был в Штатах, мы периодически переписывались. Однажды у него вышел диск «…и никого другого», который ходил по рукам, и все радовались его прослушиванию. И когда мы попали в Штаты, в первый раз, встретились с Захаром. Это был концерт «Разных Людей». Захар играл у нас в Нью-Йорке, на первом сете. Не скажу на разогреве, потому что у него была своя популярность в Штатах. У нас был очень сильный состав: Чиж, Худой, Боря Шавейников, Наиль Кадыров… Круто!

Александр Чернецкий подписывает диски на презентации альбома «Comeback». 2000 год.
Александр Чернецкий подписывает диски на презентации альбома «Comeback». 2000 год.

И Жека «Кошмар» Варва, насколько представляю, в том числе?

Да, Кошмар приехал с аккордеоном. Он играл, но не на всех концертах. Играл в Нью-Йорке, поскольку там жил, и играл в Бостоне, где была сделана запись, и Сан-Франциско. Вот только не помню, был ли он с нами в Чикаго. Мы часть проехали на машине, часть автобусом. В Нью-Йорке и Бостоне, Кошмар был за рулём. Он ехал, а мы песни пели. В Сан-Франциско его точно помню, потому что аккордеон Жеки разбила авиакомпания. И там, наверняка, состоялся мой разговор с Захаром. Позже мы записали цельный альбом «Чёрный ворон», где я сыграл на гармошке. Ещё есть запись песни «Ворон» у Захара на студии в Сан-Франциско, где Захар Май делает электронику, а я вступление на гармошке. Она издана в сборниках «Разных Людей» – «Неизданное» и «Flashback» У Сани уже столько дисков, что просто потерялся. Даже не в курсе, что выходит.

Так вот, у Захара на втором этаже жильё, а на первом, как у них там, – гараж, переделанный в студию. Там Чиж записал гитару – почвякал и улетел. А мы остались.

Захар и говорит мне: «Если Чиж будет на гитаре, а ты директором, тогда прилечу». Он прилетел. Мы поселили его и начали делать альбом. Пошли концерты, выступления. На барабанах у него играл Игорь Доценко, на бас-гитаре – Павел Борисов. В общем, следующий тур «Король и Шут» в США был совместный с «Шивой». Мы проехали все Штаты, из конца в конец, от Нью-Йорка до Сна-Франциско, на автобусе. Захар поехал с нами. Это было весело.

Александр Гордеев, Сергей Чиграков, Александр Чернецкий. Санкт-Петербург. 2000 год. Фото из архива Александра Чернецкого.
Александр Гордеев, Сергей Чиграков, Александр Чернецкий. Санкт-Петербург. 2000 год. Фото из архива Александра Чернецкого.

«Разные Люди» и «Король и Шут» по Америке вместе не ездили?

Нет, с «Разными Людьми» я ездил отдельно. С Чижом – несколько раз мы ездили отдельно и с его группой. Есть запись его квартирника. Мне лестно с тобой поговорить, потому что сам всё это хотел бы вспомнить. Я переиграл с невероятным количеством интересных людей. Даже представить себе не мог, с какими.

Были ведь ещё совместные концерты или квартирники Чернецкого с твоим участием?

Были выезды в Калининград и Москву. Я пытался максимально соскочить, и, когда есть возможность, где-то сыграть с Чернецким. Поэтому старались в Америку летать все вместе, с «Разными Людьми», без «Король и Шут». Гастроли – дело такое, знаешь.

Потом, то запись группы, то ещё что-нибудь. Я как раз из тех директоров, кто постоянно ездил с группами. Группы ведь любят, когда ты только их. Были концерты, куда удавалось вставить совместные выступления, или на эфирах, где оказались благодаря той же Лене Карповой, например, на «Антропологии». Мы там все убитые были настолько, что страшно смотреть. Все как-то переживали. Была ещё телепередача «Земля-Воздух», где мы с Чижом вдвоём были трезвые. Чернецкий еле разговаривал, а мы с Чижом не знали куда себя деть.

Есть более ранняя запись программы «Живая коллекция» с харьковским составом «Разных Людей». Там был Александр Толмацкий, который предложил контракт на 80 лет. Мы его не заключили и уехали. Хотя это была возможность прорыва…

С «ОРТ рекордс» подписали контракты на выпуск альбома, например, «Король и шут» («Акустический альбом») во время отсутствия Горшка, группа «Сплин» («Гранатовый альбом»). На твой взгляд, возможно было вписаться харьковским «Разным Людям» под этот шумок и издать свой альбом?

На момент, когда всё это было, Сашка болел. Во-вторых, надо было ехать и делать… Мы об этом вовремя не знали. Я узнал о том, что раздаются средства направо-налево очень поздно, поскольку вот то, что называют «ОРТ рекордз» просуществовало меньше полугода.

Кто-то просто успел схватить. Там было прилично денег, подписывали всех подряд. Это была фишка, на которой Пригожин вышел вперёд и сделал «NOX Music», где я, кстати, и работал; это отдельная история жизни. А Константин Эрнст впоследствии стал генеральным директором «Real Records», которого сменила у руля Алёна Михайлова до полного прекращения в 2003-м.

Кто успел пройти через это, так это директор группы «Сплин» того времени – Сашка Пономарёв, Хип. Он взял и дёрнул «Сплин». Честь им и хвала за этот виток.

Александр Гордеев и Александр Чернецкий на одном из концертов в Санкт-Петербурге. Начало 2000-х. Фото из архива Александра Чернецкого.
Александр Гордеев и Александр Чернецкий на одном из концертов в Санкт-Петербурге. Начало 2000-х. Фото из архива Александра Чернецкого.

Знаешь, я вспомнил свои школьные времена. На одной из распродаж приобрёл сборник того же «NOX Music» (не помню, как точно назывался), где была песня «Молодой капитан» Чернецкого.

Альбом с этой песней я выпускал. Наверняка, и сборник. Пришло время, когда не понимал, что делать. Мы быстро начали набирать обороты с «Король и Шут». Нам предлагали непонятные суммы, и я решил сдаться в самое логово.

Был такой прекрасный человек, царство ему небесное, Артур Пилявин – организатор группы «Квартал». Пригожин, чтобы подтянуть свежие музыкальные силы, взял Артура Пилявина. А Артур – Елену Карпову. А Лена пригласила меня. Так я стал директором концертного отдела «NOX Music», со всякими Орбакайте, Авраамами Руссо, Дидюлями и т.д. Но! Я узнал на этом лейбле многое. Как минимум о том, как делается шоу-бизнес, которому у нас не учат.

Ездил на гастроли с «Король и Шут», в пятницу-субботу вырывался, а на полгода просто уехал в Москву на разведку. У Пригожина я прошёл достаточно мощную школу, где выпускались сильные альбомы. Например, «Дышу тишиной» Николая Носкова. И вообще, узнал, кто как издаёт, и взял это в работу. «Мистерия звука», благодаря которой вышли все альбомы «Король и Шут». «NOX Music» заказывал в «Мистерии» все свои проекты, понимаешь? Прикол в том, что мы умудрились легально издать два альбома «Разных людей» («Comeback» с Чижом и концертный «Comеback in America»).

Пригожин ведь даже не слушал альбомы, понимаешь, он говорил так: «Ну, кто там? Ну, как там?». Мы просунули эти записи. Вторая запись с бостонского концерта сделана на видеокамеру. Там Вова Поляков, гитарист «Ку-Ку», был у нас на звуке и что-то записали.

«Comеback» издан легально, и скажу, где бы мы не ездили, этот альбом был представлен лучше всего. Дальше у Чернецкого с изданиями пошло хорошо по другой линии, были разные лейблы.

Наиль Кадыров и Александр Чернецкий. 5 июля 2003 года. На фестивале «Крылья-2003». Фото из архива Александра Чернецкого.
Наиль Кадыров и Александр Чернецкий. 5 июля 2003 года. На фестивале «Крылья-2003». Фото из архива Александра Чернецкого.

Я понимаю, что все тёрлись друг с дружкой на репетициях. Но, идея пригласить Чижа и участвовать самому в альбоме «Герои и злодеи», «Король и Шут», она чем была обоснована?

В группе уже было два хороших гитариста – Яков Цвиркунов и Саша Леонтьев. Помню, мы пришли с утра, и Чиж сыграл на гитаре в нескольких песнях. Чиж и сказал: «Тогда на гармошке сыграй! Что я тут один?» Мы и записали…

Я ведь не запоминаю где и с кем записывался. Звёзды на погоны не нужны. Поэтому, например, еду в машине, и слышу «Наше радио». Там играет песня. Слышу гармошку и говорю: «Какая гармошка прикольная». Когда нравится, запоминаешь. А потом объявляют, что песня группы «Пилот», и вспоминаю, что пришёл и записывался с ними… Но, когда писал, не слышал слов. Просто играла ритм-секция. Понятия не имею ни про название песен… Пришёл, сыграл, пошёл дальше. Таких вариантов в жизни было очень много. Я даже решил как-то всех вспомнить, хоть людям спасибо сказать, с кем играл!

Я же в Индии потом 12 лет отходил, и Илюха Черт приезжал и жил у меня какое-то время. Мы как раз вспоминали этот прикол, что по радио услышал трек, в котором сыграл.

Александр Чернецкий и Александр Гордеев перед выступлением на фестивале «Крылья-2003». Фото из архива Александра Чернецкого.
Александр Чернецкий и Александр Гордеев перед выступлением на фестивале «Крылья-2003». Фото из архива Александра Чернецкого.

Был ведь ещё какой-то совместный джем в Харькове, в клубе «Fort», когда приезжала группа «Разные Люди», группа «Король и Шут» и туда зашёл Сергей Щелкановцев (группа «КПП»)?

Спасибо, что вспомнил. Это таки было!.. В Харькове… Мы приехали… На Холодной горе был клуб, на Полтавском Шляхе. Был концерт Чернецкого, и я поехал поиграть туда, поддержать Саню, и взял с собой пацанов из «Король и шут». Приехав туда, я увидел, там был Сэр и, – один из самых ближайших и любимых мною музыкантов, и людей, мой кум, крёстный моей дочки, Лёнечка Малина. Он играл в группе «Ку-Ку» на баяне. Мы с ним очень много играли, так как он очень хорошо играл на губной гармошке. В общем, мы с ним провели много времени в совместном музицировании.

И в конце концерта, был вот такой отрыв. Вышел и Лёня Малина. Пел, какой-то рэп. Вышел Сэр и гитаристы «Король и Шут» с Чернецким. Даже были фотографии с этого клуба. Помню, что я искал Малину на фотографиях.

Это была редчайшая история тогда. «Король и Шут» никто не знал тогда ещё так широко, наверное. Но это чисто повседневная жизненная история.

Где-то мы пересекались с другими группами на концертах. «Король и Шут» однажды играли в Киеве с «Гражданской Обороной». Зайти и после концерта поздороваться в гостинице с Егором Летовым, несмотря на то, что знакомы – не знакомы. Это нечто братское. И райдеры были у всех почти одинаковые.

Ты принимал участие в юбилейных концертах «Разных Людей». Для тебя что-то изменилось за это время, когда ты играл на 15-летии, на 25-летии. Это одни и те же ощущения?

Нет, любой концерт – всегда разные ощущения. Это раз. Второе – 15-летие было в Харькове, и мы окунулись, в то, что для Харькова было 15-летие. Насколько сильно этого ждали люди. Я видел жаркий зал, мокрых людей. Это очень искренняя, эмоциональная атмосфера, взрыв внутри.

25-летие мы играли харьковским составом в Белгороде. И есть двойные ощущения от того, что играл в Москве в двух составах. Понимаешь, для меня играть с Худым и с Борюсиком для меня комфортно, поскольку с ними прошло больше концертов, чем с Михаилом Нефёдовым. Я поиграл и с тем, и с тем. Со всеми. И Паша, который вышел из «ДДТ»; он в составе «Шивы» был, у Захара Мая. Для меня это ещё один родной человек по проекту. И глубокоуважаемый Вадим Курылёв. Удалось и с ним поиграть на одной сцене. С Игорем Ойстрахом, попадая на концерте к Умке, тоже знакомы не понаслышке.

Я выходил с Умкой на каких-то сейшенах в Коктебеле, в Харькове, когда не было Ойстраха. Он глубокоуважаемый человек, прекрасный, как мужчина, музыкант, отец, друг. Ойстрах – прям пятёрка с плюсом. То, что он с Чернецким, – надёжное плечо у Сани всегда рядом, во всех отношениях. Он ведь не пьющий, каратист; крепкий старик этот Розенбом.

Странно, конечно, когда играет первый состав «Разных людей», а потом другой.  Понятно, что харьковские ближе. Даже с годами, по возрасту –  с теми ты 25 вместе, а с другими – 5.

Но был концерт, и в Харькове, например, в ДК Связи, где играли Курылёв, Борюсик, Худой. Чисто питерский состав, несмотря на то, что концерт был в Харькове. Но харьковские – роднее. Когда был концерт «Разных Людей» на презентации в Москве, и Пашка Михайленко приехал один, я взял гармошку и пошёл к нему. Товарищ ведь!

Андрей Васильев, Александр Гордеев и Александр Чернецкий. Фестиваль «Крылья-2006». Москва. Аэродром Тушино. 27 июля 2006 года. Фото: Игорь Гузей.
Андрей Васильев, Александр Гордеев и Александр Чернецкий. Фестиваль «Крылья-2006». Москва. Аэродром Тушино. 27 июля 2006 года. Фото: Игорь Гузей.

Ирина Косиновская принимала участие в организации гастролей «Разных Людей» по США?

Да. Она и есть заказчик. Захар Май жил у неё. Это друзья. Американские гастроли строились так. Заезжает артист. Разные промоутеры в разных городах берутся провести концерт, передавая друг другу информацию. Передают друг другу, делят дорогу.

Приезд «Разных Людей» в Штаты был такой. Саня Косюк, который тусовался у меня на харьковском каскаде, делал точно концерты в Бостоне, Нью-Йорке и Вашингтоне. Потом нас передавали в Чикаго другому промоутеру. А в Сан-Франциско была как раз Косиновская. Мы с ней там познакомились. Ирина прилетала в Нью-Йорк потому, что работала вместе с Ольгой Береговой. Они есть в видео, на бэк-вокале. Туры «Король и шут» делала полностью Косиновская, уже после нашего знакомства.

Настал период в жизни, когда ты перестал записывать губную гармонику в альбомах «Разных Людей», это обосновано тем, что ты вернулся в Харьков после питерской жизни?

Нет, не только. Я записался в последний раз на альбоме «Дороги». С Чижом пришли на студию в Питере, и сходу записали две песни. Альбом толком и не слышал и, что там конкретно сыграл не помню. У меня даже этого альбома нет. По музыке этот альбом полностью Вадика Курылёва. Вадик пришёл после эмиграции Худого в Израиль. У него своё виденье звучания альбома, и у Сашки тоже. Я уехал в Индию. Меня вообще не было. Я очень редко появлялся где-то, и группа стала самодостаточная. Игорь Ойстрах пришёл стал в полноценной обойме. И мы стали редко видеться. Раньше ещё же были боевые концерты в Израиле с Борюсиком, Чижом, Худым, Чернецким, Наилем. Я был как директор. А организацией занимались израильтяне.

Павел Борисов, Александр Гордеев, Александр Чернецкий. На фестивале «Нашествие-2014». Фото из архива Александра Чернецкого.
Павел Борисов, Александр Гордеев, Александр Чернецкий. На фестивале «Нашествие-2014». Фото из архива Александра Чернецкого.

Занимаешься ли сейчас организационной деятельностью в музыке либо это уже отошедшее на второй план для тебя?

Три года я занимался в Харькове проектом «ШANA». Есть что вспомнить, потому что никому не известная группа играла через полгода перед «Muse» на национальном стадионе в Киеве, и открыла фестиваль «Upark». Сейчас отошёл от этого проекта. В январе думал пойти на пенсию. Но нахождение в Индии меняет. Через мой дом прошли Андрей Запорожец (SunSay), и «Zdob si sdob». Вокруг индусы и иранцы, и столько красивой музыки… Ну как я без неё? Мне очень нравится сейчас этническая музыка, смесь фьюжн этнической музыки с современным электронным звучанием… Когда-то, мне посчастливилось играть с Джеффри Ориема из Уганды, такой большой-большой африканец. А он с собой привёз басиста Тони Левина, который в «King Crimson» играл.

И, когда понимаешь, с какими людьми играешь, и выходишь на сцену фестиваля… И когда за тобой такой басист, понимаешь, что эта смесь даёт невероятные ощущения музыки. Дело не в репетиции, дело в чувстве музыки… Думаю, музыке изменять не буду. А занимаешься ли организацией или играешь – это всё взаимосвязано в моей судьбе. Гармошка всегда со мной и теперь в отличие от 80-х годов у меня все тональности, которые можно играть.

После того как у меня побывал в гостях SunSay, посетило желание вспомнить всех, с кем посчастливилось сыграть, и выложить фотографии в Instagram. Даже дошёл до того, что на байкерском фестивале в Ольгино, сидит Шнур, и организаторы говорят: «Надо сыграть» – Он говорит: «Так у меня группировки «Ленинград» нет». Мы вышли и сыграли с ним сет. Со спайс-бочкой, большим таким барабаном. Шнур с гитарой, и я с гармошкой, можешь представить. А он ведь – звезда сейчас. Даже какая-то девочка фотографии мне присылала. Я смеялся – во, куда меня занесло.

Хочу напоследок сказать о том, что не так давно провёл интервью со Светланой Кукиной, секретарём нижегородского рок-клуба.

О! Светка Кукина! Она мне подарила пластинку Мадди Уотерса. Хочу сказать ей большое спасибо! Она написала на ней: «Светлому харьковскому хипарю» или что-то такое. Мы ночевали у неё. И помню, что крышка на унитазе у неё была покрыта розовым искусственным мехом. И я подумал – вот это попала барышня, тут рокеры, понимаешь? И я её не видел все эти годы. Прошло 30 лет. Она очень хорошо нас принимала, и мы с Чижом у неё останавливались. И ещё же я играл с таким человеком, как Лёша Хрынов.

Я делал ему специальный концерт в Харькове, в редком зале ДК ФЭД. Первая часть – был концерт Юрия Лозы. На концерт приехала Елена Карпова и привезла Лёху в косухе. Вышли все «Разные Люди»: Клим, Паша, Сечкин, я с гармошкой; и поддержали его. Помню, что Лёха рот открывал, а мы песни отпели все. Он замечательнейший человек. Даже такой концерт был. Мы честно отстояли на сцене.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *