ЕРМЕН ЕРЖАНОВ: «УСЛЫШАТЬ И ПОЗНАКОМИТЬСЯ С ЧЕРНЕЦКИМ В СССР»

«В этом человеке очень много жизнелюбия, стойкости. Он не сломался и не сломается. Продолжает жить и радовать нас, близких, слушателей своими песнями. Здоровья ему и сил! У меня много любимых песен. Мне нравятся альбомы «Дезертиры любви», «Бит» и «Дороги». А вообще его нужно видеть на концертах. Они рубятся как в последний раз, все мокрые от пота. «Разные Люди» несколько часов играют и полностью выкладываются. Зрители всё это чувствуют. Половина исполнителей на летних фестивалях просто отбивает бабло. А Саша один из тех, кто никогда просто так не отрабатывает» (с).

В кафе на Васильевском Острове Ермен Ержанов любезно ответил на несколько вопросов для книги «Жизнь стоит того…». Удивительный человек с пачкой виниловых пластинок и рюкзаком за плечами выделяется среди людей в серых пальто. Дождь и снег. Слякоть. Он идёт на бывшую студию «Мелодия» завершать работу над новым альбомом группы «Адаптация».

Из интервью Ермена Ержанова для книги «Жизнь стоит того…»:

Как ты вообще узнал о Чернецком и познакомился с его творчеством?

Перестройка докатилась до Казахстана к концу 1980-х. Тогда мне было 14 лет. Я слушал русский рок, который лез отовсюду: из телевизора, из радио, из газет. Открылись ранее закрытые двери, и вся эта подпольная культура рванула в народ. Естественно, мы слушали очень много музыки. В основном это был питерский рок – «Аквариум», «Зоопарк», «Кино». Ну и всё, что было доступно на тот момент. Я начал с «Аквариума». Это была пластинка «Радио Африка».

Недалеко от нас находилась студия звукозаписи, где записывалась музыка. Все свободные деньги тратились на покупку кассет, на перезапись новых альбомов. Где-то в конце 1989 года, а может и 1990-го, зашёл в студию и среди новинок увидел кассету с надписью: «Разные Люди». Помню, ещё точно в скобках было написано, что это: «Панк-рок с хорошими текстами». Тогда ещё «Гражданской Обороны» и сибирский панк мы не знали. Но это заинтересовало. Конечно же, сразу взял кассету. Там был альбом «Дезертиры любви». После прослушанных нескольких песен понял, что это никакой не панк-рок. Но, что я услышал по записи так это то, что они очень хороши и что там поют сразу три человека – Александр Чернецкий, Павел Михайленко и никому неизвестный тогда «Чиж». В этом альбоме мне понравились больше всего его песни: «Ворон», «Чикаго».

Один из составов группы «Адаптация» в 2016 году с Михаилом Нефёдовым и Вадимом Курылёвым. Фото из архива Ермена Ержанова.
Один из составов группы «Адаптация» в 2016 году с Михаилом Нефёдовым и Вадимом Курылёвым. Фото из архива Ермена Ержанова.

В Питере был такой человек – Житинский, который проводил фестиваль «Аврора» от одноимённого журнала. В журнале была рецензия на альбом «Дезертиры любви». По аннотации я узнал, что это человек из Харькова, что там есть «Чиж» и Михайленко. Практически в это же время, буквально через несколько месяцев, в утренней передаче перед тем, как идти в школу (мне тогда было 14 – 16 лет), увидел репортаж о том, как Саша Чернецкий заболел. В Харькове были даны благотворительные концерты в его поддержку. В концертах приняли участие «Аквариум» и «ДДТ». Так я увидел Сашу в первый раз на видео.

Через некоторое время газета «Комсомольская правда» объявила о том, что выйдет двойная виниловая пластинка в поддержку Чернецкого. Они принимали заказы. Тогда мы уже узнали о сибирском панке. Приходили записи. И они анонсировали то, что на этой пластинке будет «Гражданская Оборона». Для нас тогда это было уму непостижимо. Какая «Гражданская Оборона» на виниле? Забудьте! Потому, что были запрещённые группы, несмотря на то, что в стране перестройка. Помню, что отправлял заказ на эту пластинку, но пластинка не вышла.

Александр Чернецкий, Екатерина Штамбург и Ермен Ержанов. Москва. Весна 2016 года. Фото из архива Екатерины Штамбург.
Александр Чернецкий, Екатерина Штамбург и Ермен Ержанов. Москва. Весна 2016 года. Фото из архива Екатерины Штамбург.

Потом распался СССР. Я закончил школу и институт. Собрал свою группу. Информацией совершенно не владел, что там с Сашей. Когда мы стали ездить в Москву и Питер с концертами, я познакомился с Катей Борисовой. Она была журналистом в журнале «Fuzz» и была знакома с Александром Чернецким. От неё я узнавал о записях «Разных Людей» ещё харьковского состава. Спустя время, я узнал, что Саша перебрался в Питер. Я ехал где-то в машине и по радио услышал песню «Супербизоны». Узнал его по голосу и манере исполнения. Обрадовался и понял, что всё нормально. Человек пишет такие крутые песни.

Личное знакомство на земле СССР.

В 2006-м, в Петербурге мы были в гостях у Сергея Фирсова и завели разговор о том, что неплохо бы пригласить летом в Актюбинск на фестиваль «Суховей» кого-нибудь из Питера. Вспомнили о Чернецком. Фирик, будучи человеком коммуникабельным, сразу же позвонил Инне Чернецкой. Он дал мне трубку, и мы быстро всё обговорили и через пару месяцев к нам прилетел Саша.

Прямых самолётов «Актюбинск – Санкт-Петербург» не было. Саше пришлось лететь в Орск. Это 170 километров от Актюбинска. Я переговорил со своими друзьями. Договорились, что его встретят, привезут к границе, где я его и встречу. Правда мы не знали, что между границей Казахстана и России, оказывается, существовала (сейчас её нет, но тогда ещё была) нейтральная зона в 5 километров, не принадлежащая никому. Это были остатки территории СССР. Саша с моими друзьями встретился на российской границе. Транспорта нет. Попутки не берут. На чём ехать? И они начинают идти эти 5 километров пешком. Для Сашиного состояния это было очень тяжело. А я жду на казахстанской границе. На джипе с противоположной стороны ехал чеченский парень. Я его остановил и рассказал, что жду людей. Он ответил, что видел, как идут два парня, один – с палочкой и ему тяжело. Мы сели с ним и поехали навстречу. В общем, мы так с Сашей и познакомились. Обнялись. Так получилось, что я узнал о нём во времена СССР, и познакомились мы с ним на остатках территории бывшего Союза.

Встреча Ермена Ержанова и Александра Чернецкого на нейтральной территории бывшего СССР. Август 2006 года. Фото из архива Александра Чернецкого.
Встреча Ермена Ержанова и Александра Чернецкого на нейтральной территории бывшего СССР. Август 2006 года. Фото из архива Александра Чернецкого.

Фестиваль «Суховей-2006» в Атюбинске, на который мы и пригласили Чернецкого, тогда произвёл на Саню большое впечатление. Какие-то наши «добрые приятели» решили нас подставить, и сообщили в органы власти, что фестиваль организован казахстанской оппозицией. Бред, так как мы никогда не имели дела ни с какой оппозицией в Казахстане. В общем-то, пригнали ментов, пожарников, начали шмонать людей и всячески мешать людям фестивалить. Как только что-то находили, к чему можно придраться, забирали в отделение. Не разрешали танцевать. Саша пел под гитару. С двух сторон от него на сцене стояло два капитана милиции. Был очень интересный момент, когда Чернецкий закончил петь песню и один из капитанов подошёл, взял у него автограф. Саша отыграл.

Вышли мы и начали исполнять песни. Спели «Кайфа больше нет»… И когда выходили сквозь строй милиционеров, я в какой-то момент подумал, что нас просто заберут, но не забрали. А Саше всё это напомнило Харьков конца 80-х годов. Это был очень мощный концерт с такой сильной тусовкой. Это был первый день фестивальный. А на следующий день мы сделали такой андеграундный концерт, куда уже пришли все свои. Мы просто общались, пели песни.

С тех пор мы знакомы и начали делать уже какие-то совместные акции в Москве и Питере. Играли в Москве в «Меццо Форте» и у Фирика в «Камчатке». Приглашали друг друга. Ездили в гости. «Разные Люди» полным составом пару раз приезжали в Актюбинск. Через Сашу мы познакомились с его музыкантами. С Вадимом Курылёвым, Андреем Васильевым, Михаилом Нефёдовым.

Ермен Ержанов и Александр Чернецкий в Актобе. 8 ноября 2010 года. Фото: Альфия Джонидепова.
Ермен Ержанов и Александр Чернецкий в Актобе. 8 ноября 2010 года. Фото: Альфия Джонидепова.

Кто-то из других музыкантов, игравших в «Разных Людях», кроме Вадима Курылёва, ещё принимал участие в записи альбомов «Адаптации»?

Да. Это Андрей «Худой» Васильев. Мы записывали альбом «Песни любви и протеста» в 2008 году, и у нас из группы ушёл гитарист. Мы попросили записать гитары Вадима Курылёва и Андрея Васильева. Они приходили, полноценно работали, играли свои партии.

«Песни любви и протеста – «это первый альбом группы «Адаптация», на котором зазвучала эклектика формации «Разные Люди»?

Да. Он вышел в 2009 году. Записывали в 2008 году у Андрея Тропилло, на студии «АнТроп». Кстати, там был записан наш альбом «No passaran!», который стал фактически последним, записанным на этой студии альбомом. Помню, как мы закончили в воскресенье запись вокала и соло. А в понедельник случился рейдерский захват. И звукорежиссёру Володе с трудом удалось спасти часть оборудования и самое главное – рабочие материалы на компьютере. Сводился «No passaran!» уже в другом месте. Тогда студия накрылась. А я в детстве покупал все эти пластинки со значком «АнТроп» – «Алиса», «Аквариум», «Кино», и не представлял, что спустя время моя группа окажется последней командой, которая запишет свою пластинку на этой студии.

Александр Чернецкий, Ермен Ержанов и Павел Клещ в степях Казахстана. Перед фестивалем «Суховей». 7 мая 2006 года. Фото из архива Александра Чернецкого.
Александр Чернецкий, Ермен Ержанов и Павел Клещ в степях Казахстана. Перед фестивалем «Суховей». 7 мая 2006 года. Фото из архива Александра Чернецкого.

Как так получилось, что музыканты «Разных Людей» по сегодняшний день задействованы в составе «Адаптации»?

Пару лет назад мне стало удобно работать в Питере с музыкантами. Думали, что будет только один гитарист из Питера. Но в какой-то момент Михаил Нефёдов выразил желание играть. И я понял, что мне проще ездить в Петербург, чтобы группа больше работала здесь, чем в Казахстане. Я устал в какой-то момент от постоянных смен состава и прочих обломов.

На сегодняшний день составы группы «Разные Люди» и «Адаптации» и «Электропартизаны» на 50 процентов совпадают. Последние 2 концерта в Москве и Архангельске мы играли в таком составе: Вадим Курылёв, Михаил Нефёдов, Павел Борисов и я. Потом я ушёл. На сцену вышел Саша Чернецкий, и это – группа «Разные Люди». Потом уходит Саша. К микрофону выходит Вадим Курылёв, и получается группа «Электропартизаны». Причём многих это удивляет, а я вообще не напрягаюсь. В Актюбинске, например, с самого начала мы организовали панк-клуб и у нас 5 человек – это 7 групп. На первый концерт в Москве во МХАТе в 1996 году нас приехало 4 человека с Актюбинска, и это было три группы. Такие проекты могут двигать только люди, преданные своему делу. Знаю, что Вадим и Михаил, ни в какой кабак не уйдут играть. Потому, что они рокеры такие же, как и я. А люди из провинции, нет. У меня был случай с гитаристом, который принимал участие в записи альбома «No pasaran!». Но просто ушёл играть в ресторан. И всё… Его не вытащишь. До сих пор сидит в этом кабаке. Не знаю, хорошо это или плохо. Он играл с нами, ездил за границу. Ему, там, наверное, лучше. Просто, что он в «Адаптацию» попал, наверное, было большой ошибкой.

Александр Чернецкий и Ермен Ержанов во время фестиваля «Суховей 6». Актобе. Фото из архива Александра Чернецкого.
Александр Чернецкий и Ермен Ержанов во время фестиваля «Суховей 6». Актобе. Фото из архива Александра Чернецкого.

То, что делает Чернецкий и то, что делаешь ты на сегодняшний день, имеет какие-то точки соприкосновения? Либо это уважение к позиции другого, которое тебя мало касается. Что позволяет слушать и слышать творчество этого человека?

В первую очередь, творчество Чернецкого зацепило тем, что он очень искренен и честен. Так его позиция и выражается. Он мужик настоящий. Мужик в плане того, что этот человек – кремень. На него можно положиться. А точки соприкосновения конечно есть. Мы выросли в одной стране. У него есть песня «Супербизоны», и это песня и про меня. Он старше меня на 8 лет, но я это тоже прожил. Когда услышал её впервые по радио, она мне очень понравилось. Ещё Саша и я очень любим Высоцкого. Музыкальные вкусы в целом у нас могут быть совершенно разными. Но, меня это совершенно не волнует. Это было поколение другой музыки. Точки соприкосновения появились, когда мы познакомились лично. Это сняло все преграды. Нам надо было просто увидеться. Поговорили. Сыграли концерты, и всё стало ясно. С тех пор, с 2006 года мы общаемся.

Видео-мост «Актобе – Нетания» с Андреем Васильевым. 2010-е год. Фото: Альфия Джонидепова.
Видео-мост «Актобе – Нетания» с Андреем Васильевым. 2010-е год. Фото: Альфия Джонидепова.

Зная историю жизни, зная о преградах, которые он преодолевает, можно ли Чернецкого ставить в пример?

Не то, чтобы ты ставишь в пример. Я для себя много понял. Сашка, несмотря на трудности, которые у него были, он не сломался. Наши трудности и заморочки, которые есть, это чепуха. Есть люди, которым может быть тяжелее, но они даже виду не подают. У него проблемы со здоровьем, но по Саше этого совершенно не скажешь. Он боец и не унывает. Иногда бывают моменты, когда упало настроение, поглощает отчаяние. Можно себе просто сказать: «Посмотри, какой Сашка. Конечно. Переживем, вытащим».

Группа «Ха.Мы» и «Разные Люди» на фестивале «Разные Люди». 21 апреля 2014 года. Актобе. Фото из архива Александра Чернецкого.
Группа «Ха.Мы» и «Разные Люди» на фестивале «Разные Люди». 21 апреля 2014 года. Актобе. Фото из архива Александра Чернецкого.

Саша и ты из небольших городов. Чернецкий переехал. Ты продолжаешь жить в Актюбинске. На твой взгляд, такой шаг, как переехать в Питер, для музыканта из другого города, это способ творческой самореализации?

У меня семья в Казахстане. Группа в Питере. Сам постоянно мотаюсь, езжу по стране. Летом дома бываю. Я приехал сюда рок-н-ролл играть, чем и занимаюсь. А не поиском жилья и работы. Саша переехал и у него всё получилось. Он рассказывал, как в 90-х в Харькове было совсем невыносимо. Ничего хорошего там не случилось. Он нашёл себе хороших музыкантов и соратников. Стал записывать хорошие пластинки. Тем более, его многие помнят по песням 80-х годов.

Группа «Адаптация и группа «Разные Люди» в студии программы «Живые» на «Своём радио», у Семёна Чайки. Москва. Весна 2016 года. Фото: Татьяна Кирсанова.
Группа «Адаптация и группа «Разные Люди» в студии программы «Живые» на «Своём радио», у Семёна Чайки. Москва. Весна 2016 года. Фото: Татьяна Кирсанова.

Чернецкий принял решение помогать другим людям, детям. Это было для тебя в принципе предсказуемо?

Не предсказуемо, в общем-то. На самом деле, к благотворительности отношусь немного подозрительно потому, что для многих она была ширмой для продвижения каких-то дел. Но сам я, если мне предлагают принять участие в каких-то благотворительных акциях, и мне позволяет время, я всегда стараюсь помочь. Зная Сашу, могу сказать, что это всё от чистого сердца. Насколько мне известно, концерт получился и деньги дошли до людей. Даже если жизнь одного человека будет спасена, значит, собрались не напрасно.

Группа «Адаптация и группа «Разные Люди» в студии программы «Живые» на «Своём радио», у Семёна Чайки. Москва. Весна 2016 года. Фото: Татьяна Кирсанова.
Группа «Адаптация и группа «Разные Люди» в студии программы «Живые» на «Своём радио», у Семёна Чайки. Москва. Весна 2016 года. Фото: Татьяна Кирсанова.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *