СЕРГЕЙ КОНДРАТЬЕВ: «КОГДА ЧЕРНЕЦКИЙ БЕРЁТ ГИТАРУ И ОТКРЫВАЕТ РОТ, ОН – ЛЕДОКОЛ»

Будучи подростками, в 2003-м, мы записывали свои первые сопливые песни на главной студии звукозаписи в Харькове. А в феврале 2016 года я взял интервью у инициатора и по ныне здравствующей лаборатории звуков «М-Арт» – Сергея Кондратьева. Кроме того, что Сергей тот самый человек, записавший дебютный альбом группы «5’NIZZA» и по совместительству долгие годы звукорежиссёр этого музыкального явления, и Сергея Бабкина, он сотрудничает с десятками известных исполнителей зарубежья. Поэтому, если вы услышите когда-нибудь никнэйм Флэнжер, знайте, что это тот самый Сергей. Ко всему прочему, аранжировщик и мультиинструменталист. Ему достаточно услышать один раз песню, и он сыграет её без фальши.

Интервью сохранено без цензуры и прикрас, поскольку именно в такой форме передаётся точность того, о чём мы говорили в контексте музыки Александра Чернецкого и группы «Разные Люди», да и не только об этом. Специально для книги Александра Бессмертного «Жизнь стоит того…».

Из интервью Сергея Кондратьева для книги «Жизнь стоит того…»:

Расскажи о студии «М-Арт» в двух словах. Как она появилась?

Студия появилась в 90-е, точнее сказать – с моих первых магнитофонов в школе. Сначала был двухкасcетник, потом бобинники, на которые записывал рок-н-ролльные группы: «Конечная остановка», «Джинсовая осень», Сергей Кочерга и «Тихий Уголок».

В 1996 году, после нашей студии в театре «Лоск», появилась студия «Флэт-Рекордс», где группа «Пасхальное шествие» записала свой первый материал. Потом «Флэт-Рекордс» объединилась с группой «Папа Карло». Нашли Диму Зуева, который сейчас хозяин компании «М-Арт». У Димы был компьютер, у группы «Папы Карло» – звуковая карта, а у меня – пульт, микрофоны и другая аппаратура. Так мы начали делать первые почти серьёзные многоканальные записи. Раньше писали в 2 канала, а тут 4-канальная 18-битная карточка! Сейчас это глупо звучит, а тогда это было невероятно.

И вот, все эти люди собрались вместе и записали первый альбом группы «Lюк» уже за деньги. В конце концов, мы с Димой Зуевым решили делать коммерческую студию, и подтянули всё, что есть. Потихоньку обошли всех заинтересованных и в 1999-2000-м построили студию на улице Конторской. Потом нас на полгода затормозили из-за бандитских разборок и забрали помещение, но, слава Богу, вернули оборудование.

В итоге, через нас прошло много известных местных исполнителей и исполнителей из Польши, Германии, Англии, которые сейчас выступают. Мы сделали им альбомы, а когда немного подросли, я уже писал аранжировки известным поп-артистам. Студия росла-росла, и, в конце концов, переросла в то, что есть сейчас – лабораторию для создания всего чего угодно в плане звука.

 

Александр Чернецкий и Сергей Кондратьев на студии «М-Арт». На заднем плане — фото Сергея Щелкановцева. Харьков. Август 2008 года. Фото: Влад Уразовский.
Александр Чернецкий и Сергей Кондратьев на студии «М-Арт». На заднем плане — фото Сергея Щелкановцева. Харьков. Август 2008 года. Фото: Влад Уразовский.

Знаю, ты сам играешь на гитаре и других инструментах.

До 15 лет я занимался профессионально спортом. В 15 лет начал играть на гитаре. Меня срубило на этом инструменте так, что просто сошёл с ума. У нас в спортивном лагере парень играл на гитаре. Услышал его, и всё… Пошли первые группы, постоянно что-то пробовал. Ложился спать и просыпался с гитарой. Бросил два института, занимаясь гитарой. Прихожу в институт с гитарой, а тут – джазовый фестиваль. И туда надо, и туда… Так всё время… Гитарист, он и есть гитарист.

При этом я не забрасывал звукозапись. Мой отец был электронщик, поэтому позволял мне многое. Дома всегда была аппаратура. Мы умудрялись что-то записывать. Применять какие-то технические примочки, чтобы не просто играть, а с эффектами. Это и дало, наверное, толчок потому, что младший брат полностью занимается электроникой. Я не углубился в паяние микросхем. Поверхностно знаю, как работают усилители, приборы, потому что всё это с детства видел. Но пошёл заниматься именно музыкой.

 Павел Михайленко, Сергей Чиграков, Алексей Сечкин и Александр Чернецкий. 15-летие группы «Разные Люди». Клуб «Апельсин». Харьков. Май 2005 года. Фото: Влад Уразовский.
Павел Михайленко, Сергей Чиграков, Алексей Сечкин и Александр Чернецкий. 15-летие группы «Разные Люди». Клуб «Апельсин». Харьков. Май 2005 года. Фото: Влад Уразовский.

Что ты услышал, как человек с «профессиональными ушами» в группе «Разные Люди»? Какое первое впечатление?

Мне понравился Сашин драйв. Может быть, не совсем нравилось музыкальное оформление и как это всё сыграно… Но опять же, я это понял позже, когда стал более-менее сформированным музыкантом.

Сначала мне нравилось всё. Проходило время, взрослел. Знаешь, я был может быть на десяти концертах Чернецкого. Но, всякий раз, когда Сашка подходит к микрофону, открывает рот и поёт, это честняк. Я готов его слушать, то есть полностью готов… И это признак, как у нас раньше говорили – фирмЫ. Ты знаешь, что человек делает, то, что он должен делать.

Он абсолютно не натягивает себя на эту роль. Это тот, кем является. И всегда, когда «Разные Люди» заезжали на запись передачи «OLIV.E», было именно так. У меня могут быть вопросы к музыкантам, но, как только Саня садится и открывает рот – всё, у меня ни одного вопроса к нему. Чтобы вокруг него не было, он будет пролезать, тащить своей невероятной харизмой. Это не купишь и не воспитаешь. Это или есть, или нет. Именно это меня и срезает. Причём в противоположность всему, Саша – совершенно мягкий человек. Когда общаемся, он очень скромный. Как это всё соединяется!?

Александр Чернецкий и Сергей Кондратьев. Харьков. 2011 год. Фото: Валентина Кондратьева.
Александр Чернецкий и Сергей Кондратьев. Харьков. 2011 год. Фото: Валентина Кондратьева.

Есть ли в тебе две противоборствующие части – звукорежиссёра и слушателя, которому «нравится – не нравится»? Ведь, получается, ты можешь слушать музыку и автоматически проводить анализ, того что слышишь?

У меня всегда происходит анализ, независимо от того, где и когда нахожусь потому, что больше 20 лет этим занимаюсь. Я не только звукорежиссёр, но музыкант и аранжировщик. Например, знаю в какой момент, что должно звучать. Здесь, например, литавры, здесь оркестр, здесь нужно струнную группу позвать, здесь такие смычки не подходят… Я всегда точно понимаю, как и что воссоздать, чтобы музыка была полноценной.

Но, когда слушаю песни Чернецкого, точно знаю, что это рок-н-ролл. Там мне всё близко. Мне много приходится переписывать фирменных аранжировок для супер-топов. Сижу и выписываю – так…, здесь гитарист такой-то, синтезатор такой-то, бас писали так-то… И анализируя, могу это воссоздать.

Когда-то давно был спор по поводу того, как идентично записать «Modern Talking» – Brother Louie. Несколько студий взялись за это, но не оправдали надежд. Я тоже сказал, что за день всё напишу. На 2 недели меня вырубило. Сидел и записывал в тетрадку, что слышу, и, оказалось, что эта мелодия в оригинале записана 16-ю одновременно звучащими инструментами. То есть, такого звука в клавишах, в любом паттерне, в любом наборе, его просто нет. Его нужно набрать. Вот в чём особенность группы «Modern Talking».

Поэтому, когда пытаюсь понять музыку, разделяю всё… Но это мой и бич, и, наоборот, плюс. Обычно, так бывает в компаниях: «Серый, а сыграй на гитаре! А что сыграть? – А вот такую песню…». И понятно, что при моей каждодневной работе, хватает разного нового материала. Я этих чужих песен, не знаю… Говорю: «Давайте, вы мне ставите песню, и я сразу же её играю». Этот анализ у меня срабатывает так – слушаю и тут же играю.

Александр Чернецкий и Сергей Кондратьев. Харьков. 2011 год. Фото: Валентина Кондратьева.
Александр Чернецкий и Сергей Кондратьев. Харьков. 2011 год. Фото: Валентина Кондратьева.

Вам приходилось с Сашей работать в студии?

Да. Это были 2 записи для передачи «OLIV.E». Один раз Саша приезжал сам, потом – с группой. Мы ещё писали его для разных музыкальных проектов с Виктором Джалиловым, группами «MORJ», «Папа Карло» и много раз ещё с кем.

Сложно было работать с такой солянкой музыкантов, где каждый проявил себя в группах «ДДТ», «Алиса» и т.д.?

У меня выработался здоровый пофигизм к «звёздам» потому, что занимаюсь этим много лет и переобщался со многими серьёзными музыкантами. Можно сколько угодно вешать на себя нимбы, но «если ты играешь крыво, ты играешь крыво»… именно буква «ы»… И вот так там порой и было. Говорю: «Ребята, можно чуть поточнее?». Для меня музыкант – это музыкант, а звезда – это вторично и далеко.

К Саше я тоже не могу применить слово «звезда», он – явление. Он не терпит импровизаций в сторону. Он как каток. Мне нравится его целостность. У него чёткие устои и задачи. Его оберегают тысячи людей, его оберегает Инна. Он очень благодарен всем людям. Когда Саша берёт гитару и открывает рот, он – ледокол! Это не фривольный джаз и не импровизация, это музыка не для лёгкого прослушивания в кафе. Это музыка, которая врубается в мозг. А Саша – человек, который прорезает всё нафиг и говорит о том, что «коробочка должна работать» и там не остаётся места ничему.

Наблюдаешь за людьми в зале во время концерта? Что ты видишь в публике, которая приходит на концерты «Разных Людей»?

Когда Саша изменил свой состав, я в профессиональном смысле стал взрослый и зрелый. Был на паре их слётов, когда приезжал Чиж, но это было как-то всё не то. На концертах группы «Разные Люди», где Чиж и харьковские музыканты, все ждут хитов и плачут об ушедшей юности… На чисто Сашиных концертах – другое.

Те, кто попал впервые на концерт Саши, и слушают первые песни, по началу думают: «Ну чувак поёт нормально». А потом их всех постепенно заваливают, и все сидят как вкопанные. А чувак то хуярит, и он прохуяривает их своей энергией. Это и есть то, за что Сане всегда поклон до земли. Он пробивает любой зал своими текстами и энергетикой. Все, кто знает, уже приготовились: «Ну, давай!». А те, кто не знает сначала: «Ну-ну, да-да», а потом: «Что это было?!».

Александр Чернецкий в студии «М-Арт», на записи программы «OLIV.E». 25.08.2011 года. Фото: Алексей Сечкин.
Александр Чернецкий в студии «М-Арт», на записи программы «OLIV.E». 25.08.2011 года. Фото: Алексей Сечкин.

Если бы встретил человека, которому возникла бы необходимость рассказать о музыке Саши буквально в пяти предложениях, чтобы ты сказал?

В моём понимании его творчество – о видении ситуации в мире, со стороны незаёбанного человека. Он поёт о дочке, о людях, как человек не задроченный социумом. Это тяжело получается, потому что социум тебя задрачивает со всех сторон. Он борец с тем, что нас задрачивает.

Если хочешь посмотреть вглубь апельсина, что там внутри – где там говнище, а что там вкусно, – послушай Сашины песни, там всё откроется. Он столько выстрадал и смотрит по другому. Люди, которые не знают страданий, смотрят на жизнь: «Да ладно, это всё херня». А это не херня! Саня не делит это на полутона. У него всё конкретно и ясно.

Ну и плюс «Разные Люди» – это классный рок-н-ролл, который стоит слушать. Он русский, конечно, рок-н-ролл, не западный, но у нас, блин, рок-н-ролл имеет право на существование.

 

Александр Чернецкий и Андрей Васильев в студии «М-Арт», на записи программы «OLIV.E». Октябрь 2011 года. Фото: Алексей Сечкин.
Александр Чернецкий и Андрей Васильев в студии «М-Арт», на записи программы «OLIV.E». Октябрь 2011 года. Фото: Алексей Сечкин.

Как давно вы познакомились с Сергеем Щелкановцевым?

Мы познакомились на записи. Нас познакомил Сергей Коротков – крёстный дед моей дочки. Мы очень дружили, Сергей Александрович приезжал к нам на студию. С тех пор, как студию собрали, так к нам и попала группа «КПП». Мы записали 4 песни, включая «Без тебя». Никто же не знал, что всё так жестко закончится. Ну и про Чернецкого мы с Сэром всё время вспоминали…

Мог бы ты проанализировать эволюцию Сашиного творчества.

Мне кажется, что Саша просто стал серьёзнее, более собранный в музыке. Возможно потому что у него играют более серьёзные музыканты. А по текстам мне тяжело. Я не филолог, а звукорежиссёр. Но после песни «Волкодавы» у нас в стране ещё не всё изменилось. Как можно говорить об этом… Слышал последние тексты и то, что у нас записывали – меня брало за душу. Считаю, он растёт как мужчина.

Сергей Кондратьев в студии «М-Арт» образца 2008 года. Фото: Влад Уразовский.
Сергей Кондратьев в студии «М-Арт» образца 2008 года. Фото: Влад Уразовский.

Приходилось работать, как звукорежиссёру с харьковским составом группы «Разные Люди?

С Олегом Клименко приходилось, и с Алексеем Сечкиным много в студии писали. А вообще с группой сотрудничали в далёком 1997-м. Это был клуб «ДНК», который я строил. И побывал тогда звукорежиссёром группы «Разные Люди».  А так, чтобы работал их штатным, нет, никогда не получалось… Ну я же особо никогда не претендовал…

Почему харьковчане уезжают? Здесь такой горячий творческий клубок.

Есть Харьков, есть Саша, есть тысячи человек, которые его любят. Ну и всё. Теперь мы едем в столицу. Там попадаем в центральное телевидение, во все эти штуки. Но, чтобы попасть во все эти штуки, там нужно жить. Попадаем, и сразу происходят совсем другие дела. Узнают не это пятнышко – тысячи человек, а миллионы. А в Харькове, где тебя знает 1000 человек, на концерт придёт 50 человек. По-американски, ничего сложного – чем ты выше по сфере вещания, тем ты выше…

Смысл изначально в том, что весь шоу-бизнес строится так. «Ты кто?». – «Я Вася, играю на гитаре». «Сколько тебя слушают?». – «Ну вот моя сестра, мама и папа». «Ну хорошо, ты мне не интересен, иди дальше, чтобы тебя послушало больше человек».

Проходит время. Вася приходит. «Сколько тебя слушают?». – «100 человек». «Иди к Феде, у него клуб, поиграй у него полгода. Через полгода придёшь. 100 человек для клуба – уже деньги».

Приходит. «Ну что?» – «Ко мне приходит по 100 человек 5 дней в неделю». «500 человек. Интересно. Иди к Коле! У него концертный-холл. Иди, посмотрим, соберешь ли 500 человек!».

Собрали 500 человек. Ага. Уже интересно. «Иди к Сене, у него большой концертный зал. 1500 человек соберешь?» Собрали. Это уже интересно, уже можно выпустить пластинку. 1500 пластинок – это уже деньги, ты уже интересен лейблу. Всё, другого ничего. Это скучно, знаю, скучно. Но он попал в рок-н-рольную среду.

Сергей Александрович Коротков на студии «М-Арт». Харьков. 2008 год. Фото: Влад Уразовский.
Сергей Александрович Коротков на студии «М-Арт». Харьков. 2008 год. Фото: Влад Уразовский.

Некоторая часть населения, утверждает, что ситуация с его болезнью и шумиха в СМИ при участии БГ и Шевчука – стали толчком, чтобы Саша стал известен. Что скажешь?

Я считаю, что эти люди кретины. Они не слушали его творчества. Потому что – это человек-корабль. Если бы он не был кораблём, никто бы ему и рубля не собрал. Вот в этом дело. Он же не просто так – «Шевчук, дай мне, пожалуйста денег…». Шевчук знал его песни. Шевчук знал, что этот пацан крутой, поэтому все собирали бабки, и только поэтому. Не за его красивые глаза, не за красивую жену, а за него, понимаешь? Извини, это честняк.

Содержимое первого тома Антологии Чернецкого. Фото из личной коллекции Дмитрия Данченко.
Содержимое первого тома Антологии Чернецкого. Фото из личной коллекции Дмитрия Данченко.

Саша взялся переиздать максимальный пласт своего творчества в виде «Антологии».

Я ему очень сильно в этом помог. Переписал ему с катушек и оцифровал очень много материалов для истории.

История, которая выпустилась с этих оцифрованных катушек, нужна людям, которые пытаются понять, кто Саша в конце концов. Они видят и любят Сашу. И есть люди, которые коллекционируют. Им нужно это. Пусть посмотрят на это всё.

Плюс, если это всё будет на высоте, то есть не в глубине сайтов, а на высоте. Может кому-то и понравятся и людей раззадорит, и пацаны, заходя на сайт посмотрят записанное, найдут для себя что-то общее.

Сам хочу выложить эти старые записи. Может, кто-то из сверстников посмотрит. Это же жизнь. В это время, когда всё наше пространство заполнено каким-то дерьмом, соцсетями и перепостами по миллиону. А тут Саня, выложил своё! Это круто, что такой человек выложил свои архивы. Допустим, я обожаю Чернецкого. Это архивы как из моего детства, и я глубже узнаю каким он был, и зачем я вообще это слушал. Но важно, это всё выкладывать. И, слава Богу, что у меня нашлось время, чтобы убить его на такую гору катушек.

Сергей Кондратьев на одном из концертов в Харькове. 2010-й. Фото: Влад Уразовский.
Сергей Кондратьев на одном из концертов в Харькове. 2010-й. Фото: Влад Уразовский.

Как бы ты назвал историю о Чернецком?

«Человек-воин» – однозначно. Это очень сильный человек для меня. Илья Муромец, который встал и наебал всех нах… Можешь хоть 10 раз ему это сказать. Очень уважаю его за это и прощаю всякую херню, которая вокруг него. Поэтому каждый его звонок для меня – трепет. Он очень великий человек. Это в книжке можно написать большими буквами.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *