ДМИТРИЙ СУДЗИЛОВСКИЙ: НАЗЫВАЮ ЧЕРНЕЦКОГО НЕСГИБАЕМЫМ И ДАЮ ЕГО ПОСЛУШАТЬ ДЕТЯМ

Благодаря его альтруистическим переизданиям «АиБ Рекордс» впервые познакомился с качественными записями группы «Разные Люди» на кассетах. Кассеты доезжали до Харькова. Время, когда об интернете можно только мечтать, а каждый добытый музыкальный носитель приравнивался к выполненному плану на день. Как оказалось, учиться у Дмитрия из группы «Тринадцатое Созвездие» можно много чему и много где.

Дмитрий Судзиловский – творческая единица с непрерывным стажем. Его творчество не только в написанных стихах, песнях; не только в том, чтобы собрать друзей или издать их на музыкальном носителе. Он творчески обучает учеников истории так, что многие взрослые захотят вернуться за школьную парту прямо сейчас. О долгих годах сотрудничества с «Разными Людьми», своём призвании и твёрдости характера, в специальном интервью Дмитрия для книги «Жизнь стоит того…».

Из интервью Дмитрия Судзиловского для книги «Жизнь стоит того…»:

История «Тринадцатого созвездия» достаточно богата. Много лет назад купил кассету группы «Пилот» – «Война». После финальной песни альбома Кнабенгофа, была записана ваша песня «Какой русский не любит быстрой езды». На этом мои познания о группе завершились. Спустя время нашел ваш профиль в Facebook и меня зацепило видео со школьниками, которые вместе с вами поют песню Владимира Высоцкого. История группы продолжается? Что делаете как человек в обычной жизни и как музыкант?

История продолжается, не прерываясь ни на день. Группа существовала всегда, начиная с самого начала. Хотя точно не знаю, что считать началом. Записываем новый альбом. Работа почти закончена, осталось свести последний трэк и сделать мастеринг.

Что касается того, чем занимаюсь – ещё я директор основанной мной же рекорд-компании «АиБ Рекордс». Как рекорд-компания она не работает с 2008-го в связи с кризисом CD, но работает в виде студии звукозаписи. Записываем за недорого молодые группы. Сама компания имела не такой вид, как люди представляют себе. У нас был небольшой подвальчик, вместо офиса.

Последние 6 лет ещё преподаю в школе историю. Мне нравится этим заниматься. Мешает ли это другим видам деятельности? Да, конечно, так как требует большого количества времени. Поэтому группой занимаюсь мало. Выступаем только летом на фестивалях и даём зимой 1 концерт в Москве.

А что касается песни «Какой русский не любит…», в своё время она была достаточно мной любима. Но она не моя. Автор – наш бывший гитарист Андрей Белов, который последние 17 лет является гитаристом группы «7Б». Там он выступает под фамилией Пушкин. У нас же был под настоящим именем.

Дмитрий Судзиловский во время службы в армии. 1988. Фото из архива Дмитрия.
Дмитрий Судзиловский во время службы в армии. 1988. Фото из архива Дмитрия.

Что связывает вас с Чернецким? Как познакомились?

Я служил в армии 1987-89 гг. на Западной Украине, под Тернополем. Это авиационный полигон, и маленькая часть на 20 человек. Сохранились хорошие воспоминания. Большинство парней любили рок, поэтому родители присылали новинки на кассетах.

Однажды сослуживцу Серёже из Алма-Аты родители прислали кассету Владимира Асмолова. Кассета 90-минутная. Асмолова на одной стороне 35 минут, а потом шли песни «Браток», «Россия» и что-то ещё из «ГПД». Нам понравился альбом Асмолова, а эти песни в конце особенно. Зародилась доля сомнения.

Мой друг Лёша говорил: «Дим, вот тут голос пожилого, а тут молодого». Запись была не очень по качеству, а магнитофон моно, который нашли где-то в деревне на Западной Украине у каких-то девчонок. Поэтому в принципе можно было подумать, что это поёт человек. Просто концертная и не концертная записи. До конца мы так и не знали.

После демобилизации, первое что сделал, пошёл в компанию звукозаписи (такой сервис – приходишь с кассетой, и тебе записывают), посмотрел альбом Асмолова, понял, что 3 последних песен там нет. Значит кто-то другой. Стал выяснять – кто же, но никто не давал каких-то ответов на вопрос.

Потом абсолютно случайно увидел фильм «Оно», где исполняется песня «Россия». В титрах прочитал, что это «Группа Продлённого Дня» из Харькова. Пошёл в студию звукозаписи. Там сказали, что есть только «Разные Люди» и их первый альбом «Дезертиры любви». Тут же записал. Помню, Саша – единственный музыкант, который мне понравился, но о котором не мог добыть сведений. Остальные были публичны, о них можно было узнать подробности. А тут тайна, покрытая мраком – что, зачем, где, как, откуда.

Группа «13 созвездие» на фестивале. 2015. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.
Группа «13 созвездие» на фестивале. 2015. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.

Затем пошла информация в 1991-м о том, что Саше нужно собрать деньги на операцию. Шевчук и Макаревич выступили по телевизору. Тогда уже понял и узнал, что это человек из Харькова. У него страшная болезнь. Грозились чуть ли не ампутировать ноги. Отправил деньги какие были. Помню, каждая копейка была для меня важна. Цены росли. Я безработный пел в переходе и жил за чертой бедности. Это серьёзный шаг для меня – даже рубль отдать. Тогда знакомства никакого не было, но продолжал следить за судьбой Саши.

В 1993-м учился уже в институте. Друг принёс пластинку, которую послушал и переписал на кассету. Помню, на пластинке был ещё Чиж, который потом стал резко популярен без Чернецкого. Мне Чиж очень нравится, но я напрягался, что Чижа знают, а группу «Разные Люди» – нет.

В 1999-м Саша переехал в Питер. «АиБ Рекордс» не было. Тогда была другая компания, которая в 1998-м загнулась. Я работал в аудио-отделе, в «Премьере» и общался с Олегом Ковригой, который занимался поставкой кассет. Он делал раз в 5 лет фестиваль ко дню рождения Майка Науменко.

Попросил взять меня на тот фестиваль выступить. Там же выступал Чернецкий, который только переехал и быстро набрал состав. Это ещё не являлось группой. Тот состав больше никогда не видел и даже не помню, кто там был. Именно там с Сашей и познакомился. Олег подошёл к Саше: «Вот Дима. У него есть группа. Давай выступят перед тобой» – «Да не вопрос!» – ответил Саша.

На фестивале «Катунь» произошло второе знакомство с Сашей. Это первый фестиваль, на который я вообще выехал. Фестиваль стал образцом того, как не нужно относиться к музыкантам. Добирались за свой счёт, организаторы умудрились нас кинуть. Привести музыкантов на Алтай, заселить их – не дёшево.

Всё время на фестивале показывали, что я там никому не нужен – «Ты там никто и звать никак, и выступишь вечерком, когда никого не будет». Было лишь 2 человека, которые себя хорошо повели. Один из них – Дмитрий Спирин, с которым познакомился достаточно плотно.

Дмитрий Судзиловский. Выступление. 2015. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.
Дмитрий Судзиловский. Выступление. 2015. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.

Нас кинули на вокзале, и мы 4 дня добирались в Москву не понятно, как и умудрились оплатить автобус людям, которых там кинули. Оплачивал я и Спирин. Он – за счёт гонорара, а я – из денег, которые взял на всякий случай.

На фестивале была такая ситуация. Группы, приехавшие за свой счёт, по мнению организаторов никому не нужны и выступают вечером, когда ведущий (Олег Гаркуша) уже уедет. В микрофон говорят, что кто хочет уехать на другую турбазу, – могут уехать. Кто остаться – оставайтесь. Группы не объявляют. Я за первые 2 дня просек фишку, так как выступал в 3-й. Перед нами играли «Тараканы!». Я подошёл к Диме, объяснил, попросил уходя, объявить нас. Спирин уже достаточно известен. Запомнил, сказал, что знает нас.

Он выступал, колбасился и вынужден был резко уйти без бис. Увидев меня, вспомнил, вернулся, спел одну песню, объявил нас и ушёл. Такое отношение Спирина очень запомнилось. Чернецкий тогда со мной общался как с человеком, которого знает хорошо, хотя видел один раз.

В 2001 я предложил «Разным Людям» совместный концерт в клубе «Точка», в старом здании, в ангаре. Директор группы тогда был Саша Гордеев. Он же – директор «Король и Шут». Гордеев попросил заплатить небольшие деньги за гонорар и переезд и найти место, где Худой, Борюсик, Наиль и Саша переночуют. Лучше варианта, чем переночевать у меня, не нашёл. Кто-то забрал Худого и Наиля, а вот Борюсик и Чернецкий ночевали у меня.

На концерт в «Точке» сделали афишу под группу «Разные Люди» и ни фига не пришло народу. Визуально казалось, что человек 15, но площадка большая, значит пришло человек 50. Пустой ангар. Чернецкий с самоиронией сказал: «Да просто группа не очень популярная».

Когда Саша ночевал у меня, я спросил про болезнь. И вспомнился концерт в Кремле, где в конце вышел наполовину, согнувшись Чернецкий. Разогнулся, пропел и народ недоумевал – пьян ли. И вот, у меня дома он рассказал легко и с иронией, что позвоночник не гнётся. Тогда я начал называть его несгибаемым. Символично. Он так легко говорил о таких вещах, а у меня мороз по коже.

На следующий день его позвали на квартирник. Попросил отвезти, не знал, как туда добираться. Я их отвёз вместе с Виталием Кацабашвили. Саша тогда сказал: «Увидишь, как человек глотку рвёт». Я спросил: «Ты же тоже глотку рвёшь». А Саша ответил, что он научился за столько лет рвать чтоб не срывать, а Кацабашвили ещё нет.

Квартира была с ремонтом по полной программе, лоджия совмещённая. Нам провели экскурсию, и Саша сказал: «Да. Какой-то странный квартирник».

Считаю, что всё-таки наше знакомство состоялось в момент открытия «АиБ Рекордс». Я предложил Чернецкому выпустить его антологию. На кассетах половину делал Олег Коврига, а половину «Караван рекордс» с Максимом Суслопаровым, который затем открыл клуб «Орландина».

Я решил переиздать на дисках всё, начиная с «Дезертиров любви» и до «Comeback», который выходил до этого как Чиж и Чернецкий. Я его издал как «Разные Люди» и спросил почему так записан был. Он сказал, что настояли, потому что тогда он был никто и звать никак. А издали ранее Чиж и Чернецкий для того, чтобы покупали. Предложил в антологию вставить надпись: «Разные Люди».

Дмитрий Судзиловский как педагог. Москва. 2017. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.
Дмитрий Судзиловский как педагог. Москва. 2017. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.

Я заранее знал, что это будет убыточный проект. Но меня ломало, что человек достойный, а переизданной антологии нет. Какие-то диски были не выпущены, какие-то выпущены, но на дорогих изданиях.

Мы выпустили целиком. Деньги не вернулись. Я хотел, чтобы они попали в дистрибьюцию. Поскольку у нас хорошие отношения со складами, лейблами, тогда диски продавались везде. Во всех каталогах присутствовали.

В 2007-м у нас было несколько совместных концертов в Рязани и Дубне. Садились в 8-местный автобус, и ехали. В то время в группе играл Борюсик и однажды забыл шапку в автобусе. Она как атрибут у нас несколько лет висела на «АиБ Рекордс».

Дмитрий Судзиловский и школьники. Москва. 2017. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.
Дмитрий Судзиловский и школьники. Москва. 2017. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.

Издательский бизнес в начале 2000-х и до 2005 приносил прибыль?

Приносил, иначе бы закрылся. Я всё делал с нуля. Но это не приносило колоссальных денег. Был небольшой штат до 6 человек. На зарплату хватало, но не жировали. Мы выпускали лидеров панк-рок сцены – «Наив», «Тараканы!», «Пурген», «Элизиум». Платили достаточно большие деньги. Проекты отбивались с трудом. Единственный проект, который не отбился – «Разные люди», но я не жалел ни разу, что их выпустил. Как только стал работать в минус – всё это дело закрыл, а диски продал за копейки.

Как развивалось ваше студийное и концертное сотрудничество с Чернецким?

В 2004-м у нас на альбоме вышла совместная песня «Рок-н-ролл надувает наши паруса». Я спонтанно предложил записать тем, с кем общался. Потом почитал статьи в интернете, что «…пользуюсь положением и что заставил петь или через ультиматум, или через огромные деньги». Полная фигня. Просто кто-то отказался, а кто-то – нет. Кому-то не предложил.

Первому поучаствовать предложил Диме Хакимову, который сыграл на барабанах. У него была любовь с Блондинкой Ксю, и на запись они пришли вместе. Я предложил Ксюше участвовать, она согласилась. Потом предложения последовали Спирину, Чернецкому, Степанцову, Скородеду и многим другим. Всё было сделано в лёгкую.

На следующий день, после записи, было 15-летие «Разных Людей» в клубе «Б2». Порой удивляют поклонники, которые говорят, что: «…на славе Чернецкого вывозят». Мы по дружбе играем. Затем мы поехали в караоке-бар – я, Чернецкий, Инна, Чиж и кто-то ещё. Чернецкий отказался петь, а Чиж пел «Беловежскую пущу». Я решил в грязь не ударить и спел «Алесю». Помню такая пауза… Песня мне прям удалась – хрипло, на надрыве.

Дмитрий Судзиловский и выпускной класс. Москва. 2017. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.
Дмитрий Судзиловский и выпускной класс. Москва. 2017. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.

Чернецкий сказал: «Думаю, Лукашенко был бы тобой доволен». Так появились идея записать «Алесю». Она есть на нашем диске. Нашёл телефон Ярмоленко и предложил записать вместе. Анатоль добро дал. Поехал в Минск, Ярмоленко спел первый куплет.

С тех пор периодически общаемся с Сашей. Недавно был концерт. Когда мы приезжали в Питер, то иногда ночевали у Чернецкого.

Была история в 2004-м, когда играли в «Орландине», в Питере, и Чернецкий играл просто так, чтоб пришло побольше людей. У нас барабанщик Гарик Ветерок. Чернецкий приезжает и говорит, что Шавейников не приедет. Я предложил, что бы с ними сыграл Гарик. Он песен не слышал до этого, ему показали. Он бухал всю дорогу. С «Разными Людьми» Гарик отыграл хорошо, а вот на нас сломался. Они его очень оценили, что барабанщик, впервые слышал песни, а так классно сыграл!

16 февраля 2018 года, на мой 49-й день рождения, сыграли с «Разными Людьми» и «Монгол Шуудан». С того момента, как начал работать в школе, есть традиция – один раз в год делать концерт в Москве, и на 7 марта. Мы долго поддерживали традицию. Я устал от того, что всё однообразно. В позапрошлом году сыграл в 2 состава, но это было тяжело организовать, так как один гитарист живет в Германии.

Александр Чернецкий и Дмитрий Судзиловский. Концерт ко дню рождения. Клуб «Glastonberry». Москва. 2018. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.
Александр Чернецкий и Дмитрий Судзиловский. Концерт ко дню рождения. Клуб «Glastonberry». Москва. 2018. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.

На время из названия группы исчезло число «13».

Группа «Тринадцатое созвездие» независимая, не поддерживалась СМИ. В единичных случаях только. И появилось не единичное мнение в 2005-2006 годах, что число «13» приносит неудачу. Гитарист у Пугачёвой играл, и сказал: «Не понимаешь. 13-е созвездие – его нет. Убери, и всё пойдёт». И они меня убедили, что оно мешает. Но нас как не было в СМИ, так и нет.

А в жизни никак не сказывалось? Как, например, с группой «Мёртвые дельфины»? Трагичные события – барабанщик повесился, басиста убили.

Думаю, отразилось. Если б в СМИ о нас говорили, были бы другие объёмы. Считаю, мой потенциал как музыканта не полностью раскрылся в плане популярности. Только не убиваюсь из-за этого. С НАШим радио общался достаточно плотно, когда руководил «АиБ Рекордс». Выпускали проекты, которые они поддерживали – «Наив», «Тараканы». Впервые позвонил Филиппу (программному директору НАШЕго) с информацией о диске «Разных Людей» – «911», который выпускали. «Разных Людей» поддерживали, но считаю, что не очень. Михаил Козырев сказал поддержать, а Галкин сделал всё, чтобы группу не услышали.

Тогда принёс диски «Разных Людей» и «Тринадцатого Созвездия». Первая фраза Галкина: «Тринадцатое созвездие» у нас не будет звучать никогда». Не зная, что я в этой группе и не зная, что это за группа. Аргумент не спрашивал. С какого-то времени не стал спрашивать. Мне это не интересно.

Но Галкин сдержал обещание. Когда Спирин лично попросил послушать Козырева нашу песню, Михаил сказал, что песня хорошая и надо ставить в эфир. Они ставили 3 песни в «Оно вам надо». Одна набирала по 96%, другая тоже была лидером, но он так и не поставил ни одной в ротацию.

Когда принёс песню «Рок-н-ролл надувает наши паруса», и когда понял, что её не поставить нельзя, ставить в «Оно вам надо» тоже, потому что победит точно. Достаточно написать на сайтах групп-участников, и победа обеспечена. И он сделал всё. Поставил в программу песню для трибьюта Гребенщикова «Держаться корней», которую приносил и которую ранее проигнорировали. Потом я махнул на песню рукой. Как сказала моя жена: «Ты хочешь потратить всю жизнь, чтобы попасть в эфир НАШЕго радио?». Грубо говоря, просто на радио больше людей тебя слышат.

Дмитрий Судзиловский, Александр Чернецкий, Игорь Ойстрах. Концерт ко дню рождения. Клуб «Glastonberry». Москва. 2018. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.
Дмитрий Судзиловский, Александр Чернецкий, Игорь Ойстрах. Концерт ко дню рождения. Клуб «Glastonberry». Москва. 2018. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.

Какая у вас потребность выпускать музыку?

Это разные этапы моей жизни с разной мотивацией. Как сказал однажды Окуджава: «Можешь писать – пиши». В самом начале у меня лилось, когда было плохо. Поэтому песни не позитивные. Описывал армию, работу в такси. Потом была потребность записывать. Был уверен, что эти песни будут популярны когда-нибудь. Затем это переросло в стадию, когда уже не хотелось останавливаться. Потом, когда уже поздно останавливаться, это стало чуть ли не основной частью жизни. Сейчас это всё тоже самое – поздно останавливаться, но я знаю, что это не в стол. Это подогревает. Сейчас песни пишутся тяжелее, реже и может даже хуже. Эмоции менее остры, душа очерствела и то, на что реагировал, сейчас пропускаю мимо.

Мало свободного времени на то, чтобы писать. Много идей уходит из-за езды за рулем, так как много писал в метро. В основном пишу летом, когда отдыхаю. Это объясняет то, что песни жизнерадостные и ни о чём. Они более качественно записаны. Уровень профессионализма другой, но они меньше пропущены через себя. Хотя исключение – альбом «Точка невозврата». У меня есть проект параллельный – «Судзуки и сочувствующие». Записано 2 альбома. «Точка не возврата» – шансон о том, например, как нашёл армейскую любовь спустя 18 лет и приехал к ней в Тернополь.

Бывает так, что слушаешь то, о чём писалось и пелось вами, и думаешь, может остановиться?

Мне такие мысли приходят редко. Чаще мысль – не останавливаться вопреки. Мысль остановиться приходит не потому, что не о чем писать. Уверен, что придёт то, о чём написать. Это происходит из-за каких-то организационных моментов. Гитарист ушёл, например. И думай: «А вдруг состав уйдёт? Снова набирать?».

Александр Чернецкий, Дмитрий Судзиловский и Пётр Белецкий. 30-летие группы «Разные Люди». Aurora Concert Hall. Санкт-Петербург. 2019. Фото из архива Александра Чернецкого.
Александр Чернецкий, Дмитрий Судзиловский и Пётр Белецкий. 30-летие группы «Разные Люди». Aurora Concert Hall. Санкт-Петербург. 2019. Фото из архива Александра Чернецкого.

Вы общаетесь с молодым поколением, с реальными учащимися школ. Что рассказываете о творчестве Чернецкого? Нужно ли им это слушать?

Общаюсь с ними и говорю не только об истории. Они мне доверяют. Интересуюсь, что сейчас слушают. Поэтому я в материале. За рэпом стараюсь следить. Большинство не нравится, но это не значит, что оно не достойно, чтобы это слушать.

Творчески стараюсь проводить уроки истории. Рассказываю и показываю много примеров. Когда доходим до Брежнева и когда я уже жил, рассказываю больше о своей жизни. Большое внимание уделяю музыке. Рассказываю и о «Машине времени», «Воскресенье», Лозе, «Разных Людях» и многих других.

Особенно когда про Перестройку рассказываю, ставлю песню «Россия» «ГПД» и даю послушать Цоя. У нас с каждым классом в «ВКонтакте» есть беседа, куда скидываю записи. В старших классах, где по темам надо дойти до 2005 года, дохожу текущего времени. Когда рассказываю про Виктора Ющенко и «Оранжевую революцию», мне кажется, что это было недавно. А для детей это давно. Скидываю им песню «Простите парни из Донбасса». На уроке не включаю, но в беседу скидываю. Через песенный материал дух времени всегда передаю, и Чернецкий – один из тех, кого даю послушать.

Какую обратную связь получаете?

Такой связи нет, что так пришли и подсели на «Разных Людей», однако неравнодушных нет. Воспринимают как экскурс и, к сожалению, в историю, а не в современность. «Разные Люди» – современность, однозначно не ретро-группа.

Дмитрий Судзиловский на съёмках программы «Квартирник у Маргулиса». Москва. 2019. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.
Дмитрий Судзиловский на съёмках программы «Квартирник у Маргулиса». Москва. 2019. Фото из архива Дмитрия Судзиловского.

Почему решили спустя столько лет пойти в школу?

Я сознательно получил педагогическое образование в 1985-м. Это профессия, в которой себя видел. Помню, как учился в школе, мне не нравилось всё. Появлялись взрослые мысли: «Вот сижу тут и критикую. А мог бы сделать по-другому?». И тогда поймал себя на мысли, что да, могу.

После армии пошёл в институт, но, когда начались 90-е, открыл рекорд-компанию. Учился на вечернем и пел в переходе. Было не до работы в школе. Когда бизнес загнулся в 2008-м, открыл студию. К счастью, специфика работы в студии в том, что мое присутствие там не нужно – пишут и все.

Вспомнил, что получил образование, пошёл в департамент образования и был полностью уверен, что меня пошлют на хрен, потому что в школе не работал. Но почему-то меня взяли в частную школу. Мне это очень помогло.

Понял, что всё забыл, и историю знаю на уровне хорошо образованного обывателя, а не человека, который может преподавать. 2 дня в неделю работал, а 5 дней не отрывался от учебников и интернета. Всё восстановил.

Из частной школы уволили через год. Директор сказал: «Это ненормально, что у всех детей в школе появился один кумир – ни родители, ни директор, ни классный руководитель, а учитель истории».

Пошёл в департамент образования и на удивление опять прошёл. Меня удивило, как человека без стажа взяли. Но в школу, в которой уже 7 лет, пошёл понимая, что надо делать и как. За год работы в частной школе уже понимал, что знаю предмет, умею общаться с детьми. И главное – мне нравится. Занимаюсь своим делом. Тёща как-то с ревностью сказала, что Дима занимается всю жизнь тем, что ему нравится.

Денег больших в жизни не заработал, но позволял себе всю жизнь заниматься тем, что нравится. Мне не нравится многое в школе, в системе образования, не нравится огромное количество бюрократии. Как сказал Черчилль: «Кто в юности не был революционером, у того нет сердца. Кто в старости стал консерватором, у того нет ума». Консерватором не стал, но точно перестал быть революционером. Значит, старость ещё не наступила. С детьми мне работать нравится. Все негативы готов терпеть из-за общения с ними. Мне нравится что-то давать. И вообще нравится что-то больше давать. Думаю, что люди в большинстве своем хорошие. Не переубедился пока. Жилищный вопрос их испортил только.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *