ВЛАД УРАЗОВСКИЙ: «ЧЕРНЕЦКИЙ ПОЁТ ПЕСНИ НА ПОСЛЕДНЕМ НАДРЫВЕ»

Его называют главным фотографом «Разных Людей». Он хранит археологические подробности жизни харьковской музыки. Авторство фотографий Влада Уразовского читается даже если вы случайно их увидели в интернете без подписи.

Чиж был свидетелем у него на свадьбе и стал крёстным старшего ребёнка – Андрея. Ему сейчас 20 лет. Когда Андрей начал с 6 лет заниматься в музыкальной школе и пошли первые успехи по классической гитаре, Чиж подарил ему профессиональную испанскую гитару, на которой он выиграл много международных конкурсов.

У Влада – семеро детей, все, естественно в одной семье, причём младшие 2014, 2015 и 2016 г. рождения. Это как один из лозунгов хиппи, который, кстати был на одной из гитар Чижа: «Make Love, not war» – «Занимайтесь любовью, а не войной». Нам, живущим в Харькове естественно не безразлично, что происходит в городе и стране в целом. Вот так и Саша Чернецкий, никогда не отделял себя от родного города, прожив в Питере более 20 лет, группа «Разные Люди» всегда заявлена как Харьков-Питер. Чернецкий всей душой всегда переживал и переживает, что происходит в Харькове, это всегда было видно на его концертах, где бы они не проходили.

Из интервью Влада Уразовского для книги «Жизнь стоит того…»:

Как в твоей жизни появилась музыка, и как в ней появился Чернецкий?

Если оглянуться назад, музыка для меня появилась уже в осознанном виде. С 6-го класса школы начал заниматься археологией и 10 лет жил ею. А археология, кроме науки, предполагает летние экспедиции. Там, как всегда, романтика, песни у костра. Так для меня появились барды. Сначала Высоцкий. Всё его творчество полностью пропустил через себя. Почему всё? Потому, что когда появился доступ к информации через интернет, ничего нового не услышал.

Я сам по себе коллекционер-собиратель, и постепенно собирал всего Высоцкого. А уже знакомство с творчеством Чернецкого и с ним лично – совпали. Это произошло на первом фестивале харьковского рок-клуба. Он проходил с 27 по 29 ноября 1987 года в ДК «ХТЗ».

30 лет назад рок начал выходить из подполья. Появились концерты на больших сценах. Они начались немного раньше, в частности, в ДК «ХТЗ» приезжали «Звуки Му» с Петром Мамоновым. В ДК «ХАИ» был концерт «Зоопарка» Майка Науменко. Это отдельные, самые известные концерты на то время. Но, когда состоялся первый рок-фестиваль – это, конечно, был взрыв! 3 дня сумасшедшего действа, которые оставили неизгладимое впечатление в мои 17 лет. Окончил школу и учился на фотографа.

До этого Чернецкого почти не слышал. Была такая тусовка, откуда черпалась вся информация по концертам и музыке по «сарафанному радио». Билеты продавались с рук. Интернета, афиш, информации в газетах нет. Тусовка собиралась в «Мурзилке» – кафе на ул. Сумская. Люди встречались, что-то спрашивали, узнавали и передавали другим. В общем-то, это был первый большой и трёхдневный фестиваль. Проводилось по 2 концерта в день – дневной и вечерний.

Рисованная обложка группы «Рок-фанат», в которой играл в юности Александр Чернецкий. Фото: Владислав Уразовский.
Рисованная обложка группы «Рок-фанат», в которой играл в юности Александр Чернецкий. Фото: Владислав Уразовский.

Слышал ли ты песни Чернецкого до этого фестиваля?

Что-то отрывочное, но это были какие-то наброски. Качество звука в то время плохое, тем более писаное-переписанное с кассет. То есть, к тому времени с творчеством его уже познакомился. Но то, что услышал вживую – это всё! «ГПД» играли в последний день, но не закрывали фестиваль. Последними выступила группа «Весёлые картинки» из Москвы. Кроме харьковских групп, 3 киевские группы и одна из Ростова-на-Дону.

Выступление «ГПД» – это фурор. Публика снялась с мест. Песня «Россия», на то время стала гимном фестиваля. Поэтому не удивился, когда Сергей Овчаров выбрал её для фильма «Оно», где и она прозвучала, правда, в немного урезанном виде. «Россия» – самая сильная песня. Я тогда фотографировал весь фестиваль. Отснято 13 плёнок.

Как начиналось твоё увлечение фотографией и как стал фотографировать музыкальные события?

Ну, всё это опять-таки с археологии началось. Опять с того же, 6-го класса, когда мы с товарищем закрылись в ванной и он показал мне сам технологический процесс. А съёмку начал опять же, как коллекционер по духу. Мне все первые харьковские концерты были интересны. Возникло желание всё это зафиксировать и сохранить для истории. Это у меня в душе, в крови, мне это интересно.

После Высоцкого то, что тронуло и прошло через сердце, и душу, это русский рок. Получился симбиоз музыки и фото. Так и пошло. Первые публикации – в самиздатовских журналах харьковского рок-клуба «Положение дел», выпускался Сергеем Мясоедовым. Дальше, всё это стало востребовано. Появилась пресса. А музыка настолько специфическая, что далеко не всегда на концертах были фотографы.

Ведь что такое концерт? Пришли какие-то официальные фотографы. Им это неинтересно. Снимают первые 3 песни и уходят. И ведь ограничение по кадрам. Плёнка 36 кадров. В запасе всего несколько плёнок. У фотографов, снимавших концерт, а на самом интересном заканчивалась плёнка. А ведь самое интересное – обычно в конце, когда публика разгорячена, эмоции музыкантов зашкаливают. А для фотографии всегда интересно и эмоции, и динамика. И всё это происходило в конце. Нередко в конце, когда музыканты выходили на бис, люди уже по пояс голые, разгоряченные. У меня всегда получались интересные выразительные кадры, поэтому часто публиковались. Потому нравилась музыка, и я был всё время на сцене, и после концерта всё это ещё продолжалось, как всегда.

Сергей Чиграков, Александр Чернецкий и Павел Михайленко. Выступление «Разных Людей». 1989. Фото из архива Владислава Уразовского.
Сергей Чиграков, Александр Чернецкий и Павел Михайленко. Выступление «Разных Людей». 1989. Фото из архива Владислава Уразовского.

Есть такие фотографии, которыми ты не то, чтобы гордишься, а те, которые тебе больше всего запомнились?

Ой, их на самом деле много и делались они в течение длительного времени. В каждый период времени, когда он проходит, оглядываешься назад, и находишь массу интересного. Даже то, проходящее и обычное, к чему возвращаешься через 10-20 лет, становится ценным. Потому, что время прошло, может, уже и человека нет (печальное, конечно, событие), а на фотографиях он присутствует. Или, наоборот, какое-то событие, которое снимало много человек.

Уже говорил, что по природе коллекционер. У меня дома всё чётко, все плёнки – по годам, датам, по времени. Это, кстати, очень пригодилось, когда появилась «цифра». Я уже оцифровал все старые снимки с плёнок. Качество гораздо выше, чем с фотографий. Это всё сохранилось. И то, что происходило в Харькове на рок-концертах. Поначалу их много было. Я присутствовал на большинстве, и вся эта история осталась. Когда через 10-20 лет начали поднимать эту историю, многие всё выбросили. Что-то не сохранилось, кто-то уехал. Ни у кого даже материалов таких нет, как у меня. Всё это стало востребованным через какое-то время.

Сергей Чиграков в знаменитом свитере с вышивкой «The Beatles». Харьков. 1991. Фото: Владислав Уразовский.
Сергей Чиграков в знаменитом свитере с вышивкой «The Beatles». Харьков. 1991. Фото: Владислав Уразовский.

Во многих источниках читаю: «Фотограф группы «Разные Люди» Влад Уразовский». Как получилось, что ты официальный фотограф группы?

Это получилось не официально, а, само собой. Я не стремился. Конечно, мне интересно, и я присутствовал на всех концертах. Концерт для большинства – когда люди пришли, послушали и ушли. А для меня концерт начинался ещё задолго до. То есть, когда группа только приезжала, когда кто-то из приезжих был. Потом концерт, потом посиделки, иногда они затягивались до утра. И я там присутствовал.

Ещё пластинки надо оформлять. Один единственный винил, который выходил у «Разных Людей» – «1992», – с фотографиями, сделанными мной. Я был под рукой, мы с Сашей дружили и, естественно, кому, как не мне всё это снимать. Были две поездки. Ну, их больше, конечно было, если с начала брать. Собрался, поехал, поснимал, вернулся. Не знаю, в какой момент всё это произошло. У меня накапливался материал для печати, и они обращались ко мне. В книге Андрея Юдина о Чиже: «Рождён, чтобы играть», написано: «известный харьковский рок-фотограф».

Сергей Чиграков и Владислав Уразовский на свадьбе Уразовских. Харьков. Начало 1990-х. Фото из архива семьи Уразовских.
Сергей Чиграков и Владислав Уразовский на свадьбе Уразовских. Харьков. Начало 1990-х. Фото из архива семьи Уразовских.

Помнишь момент личного знакомства с Чернецким?

В 1987-м произошло шапочное знакомство, когда фотографии вышли в журнале «Положение дел». Это всего то несколько журналов. Печаталось на печатной машинке, под копирку. В печатную машинку помещались 6-7 листов. Тираж был 14 экземпляров. То есть 2 раза печаталось. А иллюстрировалось фотографиями. Фотографии можно было распечатать в большом количестве, столько, сколько нужно. Это первые такие издания были.

За это время проходили концерты. 17 ноября 1988-го ушёл в армию, и вернулся через 2 года – 17 ноября 1990 года. Тогда состоялся концерт сразу же, 7, 8 и 9 декабря 1990 года. Это были съёмки московской передачи «Чёртово колесо», которые проходили в ДК «ХЭМЗ». Выступали «Разные Люди». Причём, они в первый день и в последний, но без Чернецкого, тогда Чиж только пел.

А с Сашей познакомился буквально через несколько дней после того. Мой товарищ, с которым вместе служили, работал киномехаником. У Саши дома на стене висела куча приклеенных фотографий. Большой плакат «Рок-фронт» и фотографии. Содрать их уже было нельзя, приклеены намертво, и нужен был фотограф, чтобы всё переснять. Технически по-другому нельзя. И вот, товарищ привёл меня домой к Чернецкому, где всё это нужно переснять. Непосредственно в домашней обстановке, пока постепенно всё это делал, разговорились и нашли общие темы: Высоцкий, музыка, фотографии. Саша очень внимательный. Всегда очень внимательно и бережно ко всему относится. Чернецкий – один из немногих, кто всегда подписывает авторство фотографий. Всегда соблюдает авторское право.

Понятие рок-фотограф тоже не в один момент появилось. В Питере оно, понятно, раньше было, до нас дошло всё чуть позже. Когда отдаёшь журналистам работы, просишь указать авторство фото. Для меня это выход творчества, когда публикуется фото с моей подписью. Это же моя работа. Саша в этом плане никогда не забывал. Он всегда чётко помнил, где что и как всё происходило, и всё это записывал. Это очень приятно. Всегда пунктуальный. Авторский экземпляр откладывал, когда что-то стало выходить большим тиражом до 2000-х. У меня всё это есть.

Сергей Чиграков. Концерт «Разных Людей» с программой «1992». Харьков. Харьковский государственный университет. 1993. Фото: Владислав Уразовский.
Сергей Чиграков. Концерт «Разных Людей» с программой «1992». Харьков. Харьковский государственный университет. 1993. Фото: Владислав Уразовский.

Где можно встретить работы Влада Уразовского? На всех ли дисках, журналах?

Да, конечно, я всё это собираю. Я открыт для всего этого, всегда всё раздаю в хорошем качестве. Собираю работы с самого начала. У меня всё хранится начиная с первой работы. Но иногда узнаю, что выходила фотография (вообще, даже случайно) потому, что публикуется без указания авторства. Например, выходила книга Виктора Троегубова «Жизнь в «Крематории» и вокруг него». В ней порядка 23 моих фото. Они приезжали в Харьков в 1992 году и играли подряд несколько концертов в разное время. В этой книге описаны концерты в Сибири, Москве, и все они иллюстрированы моими фотографиями (около трети книги). Свои фотографии сразу узнаю. Отвозил им тогда целыми пачками, а потом, когда Витя – директор и музыкант группы, выпускал книгу, он всё это использовал для иллюстрации. Мне приятно.

Сергей Чиграков с одним из сыновей Владислава Уразовского за занятиями музыкой. Харьков. Начало 2000-х. Фото из архива семьи Уразовских.
Сергей Чиграков с одним из сыновей Владислава Уразовского за занятиями музыкой. Харьков. Начало 2000-х. Фото из архива семьи Уразовских.

Ты выездной фотограф или работаешь только в пределах Харькова?

Дело в том, что работой это нельзя назвать, потому что никогда этим не зарабатывал. С самого начала так пошло. С музыкантов, понятно, никогда денег не брал. Да и фотографии, ну кому их продавать? Никому. А за то, что публиковалось, иногда гонорары платились. Опять же, в прессе публикуется 1-2 фотографии. Но это никогда не окупалось. Съёмки требуют гораздо больше вложений, а по деньгам никогда не окупается. Спокойно к этому относился. Да мне так и легче было. Это не способ заработка, а самовыражение, творчество. И потом, когда что-то публиковалось, я так же, естественно, получал удовольствие.

Ездил «Разными Людьми» в Минск с 22 по 25 апреля 1991 года. Большой концерт на стадионе, назывался «Музыканты – детям Чернобыля». Выступило много групп, и наших, и иностранных, среди них: «Машина времени», «Наутилус», «ДДТ». Саша только начал подниматься, ходил на костылях. Поехали на 2 дня, впятером, с Чижом, и я фотографом с ними. Первый день – саундчек с «Калинов Мост», а на второй – сам фестиваль. Фестиваль на то время очень большой, в том плане, что даже привезли импортный аппарат из заграницы. Для нас это вообще нонсенс, потому что играли на каких-то сборных вариантах. Звук идеальный. Ходили иностранцы-звукоинженеры. Запомнил слоган: «Лучший звук – тишина». Сам концерт начался в 18:00 часов.

Выступали более 10 групп, а так как это всё проходило на стадионе, народу очень много. Подъезжали иностранные группы, названия которых на то время не знал, хотя они были известны. У нас, в Харькове, был музыкальный критик – Сергей Александрович Коротков. Он, конечно, все эти группы знал. Я так понял, они известны в узких кругах. На стадионе играют по полной, час или больше, хоть и регламент выступления – 15-20 минут. Концерт из-за этого затянулся, всё сдвинулось.

И вот, «Разным Людям» говорят, что гонорар им заплатили, а времени для выступления нет. Саша приехал на костылях и надо было как-то засветиться. Тогда уже велись разговоры о сборе денег на операцию. Выступать не дают. И Юрий Шевчук, сам лично, выпускает их на сцену перед своим выступлением. Был около часа ночи. Концерт совсем затягивался.

Когда Саша начал выходить, весь стадион притих. Ему было очень тяжело ходить, а сцена большая. Обычный человек зашёл и вышел, а Саше – тяжело. Вышел. Группа начала играть, мощная подача Чернецкого… две песни и стадион взорвался!

После Саши выступили «ДДТ». Всё закончилось в 2:15 ночи. Причём, отключать аппарат начали уже во время выступления. «ДДТ» отключают гитару, потом бас-гитару, потом остальное. Остался один вокал. Микрофон остался. Видимо, не посмели Шевчука выключать. Он развёл руками и начал петь: «Ой, мороз, мороз». Стоит по пояс голый. Ночь. Холод. Апрель. Весь стадион встаёт, и поёт с ним: «Ой, мороз, мороз, не морозь меня». Вот такие впечатления остались.

Тогда как раз договаривались, чтобы провести концерты в помощь Чернецкому в Харькове. Концерты состоялись 25-26 мая 1991 года, буквально через месяц. Тогда приезжали «ДДТ» и «БГ-бэнд». Два больших концерта в ККЗ «Украина» – дневной и вечерний.

25 мая концерт был в 14:00 и в 20:00. Первыми играли «Разные Люди» с Чернецким, затем «ДДТ». Завершился в 00:20 минут. На следующий день так же играли двойной концерт – в 17:00 и в 20:00 часов. Первыми играли «Разные Люди», затем – Гребенщиков. Концерт закончился за полночь. Естественно, всё отснято. Есть очень ценные фотографии с этих дней. И понятно, что не снимали по 10 плёнок за концерт. В каждом кадре что-то запечатлено. Потом нужно напечатать, посмотреть, чтобы это можно было показать.

Обложка виниловой пластинки «1992» группы «Разные Люди» из коллекции Александра Бессмертного.
Обложка виниловой пластинки «1992» группы «Разные Люди» из коллекции Александра Бессмертного.

Погрузился в твой рассказ, в эту атмосферу. Прямо по минутам всё рассказываешь.

Просто у меня всё записано, потому что мне это близко. Это моя жизнь. Эмоции остались. Даже помню запах сцены, свет, софиты, колонку под ушами, первого харьковского фестиваля в ДК «ХТЗ». Когда выходишь после концерта, уши только к утру отходят. Приходилось вокруг динамиков лавировать и ловить моменты. Техника с длиннофокусными объективами была очень недоступна. Опять же, технически – вспышку надо зарядить. Искали розетку, к этой розетке ты «привязывался». В течение 2-х минут нужно сделать кадр и зарядить вспышку потому, что конденсатор не держит. Ещё нужно поймать момент, чтобы было интересно. Технически всё совершенно по-другому, чем сейчас.

На что начинал снимать концерты, и чем снимаешь сейчас? Немного о технической эволюции оснащения. Сейчас пользуешься цифровой техникой?

Да, конечно, сейчас цифровая. Начинал, как раз, когда закончил 10 классов, и поступил учиться на фотографа. Родители мне купили «Зенит 11 ТТL». Уже, собственно, рок-концерты начинал снимать профессиональной техникой. Вспышки, правда, не было. Как раз на фестиваль брал её у товарища. А техника уже профессиональная, 150 рублей стоила. Среднемесячная зарплата 120 рублей. Фотоаппарат стоил соразмерно месячной зарплате, и не у каждого был.

Сейчас у меня «Canon 5D Mark». Техника уже совсем другая, всё интереснее, с полномерной матрицей. Всё постепенно эволюционировало. В советское время мечта – зеркальная «Praktica» производства ГДР с Цейсовскими стёклами, но так и не осуществилась. Чуть позже приобрёл японский плёночный «Minolta Dynax 7». Он сохранился, я его дотянул до последнего, когда уже произошёл переход на цифру, но цифра ещё не давала того качества, которое даёт плёнка. До последнего снимал на плёнку. На публикациях была очевидная разница потому, что фотографии с плёнок гораздо лучшего качества. Тем более японская техника – очень хороша. Ну, а потом, когда «цифра» победила плёнку, со спокойной душой перешёл на последнюю. Когда устроило качество и появилась полноразмерная матрица 24:36 (по размеру плёночного окна, по размеру кадра плёнки), качество уже не уступало плёнке, и спокойно перешёл на «Canon».

Оборот обложки виниловой пластинки «1992» группы «Разные Люди» с фотографиями Владислава Уразовского.
Оборот обложки виниловой пластинки «1992» группы «Разные Люди» с фотографиями Владислава Уразовского.

Есть ли то, те слова, которыми бы ты мог передать то, что изображаешь на фотографиях. Саша, он какой для тебя в фотографии?

Саша – натянутый нерв. Его нужно поймать. Опять же, в фотографиях интересна динамика и интересен характер, и эмоции. В течение концерта с Сашей сложно. Потому, что у него всё довольно-таки статично, особенно в начале, когда поёт с закрытыми глазами.

Его манера исполнения, с точки зрения фотографа, не особенно фотогенична. Снимать на самом деле очень тяжело, и надо ловить. Момент не повторяется. Эта отдача публике, причём, даже не зависимо от того, какое количество людей в зале (квартирник, огромный стадион, большой зал). Саша выкладывается по полной. И поёт, как Высоцкий, на последнем надрыве.

Лет 10 назад был квартирник и приехала общая знакомая из США. Она уехала в начале 90-х. Шёл квартирник, и она попросила в конце основного отделения спеть Сашу старую «Земляничные поляны», которую Саша долгое время не играл. Записал, потом она забылась. И он говорит, что мол так сразу не могу. Смотрю (всегда нахожусь недалеко от исполнителя от первой песни и до последней, никуда не ухожу, всё это происходит передо мной), полчаса он настраивался. Песня предполагает большую отдачу. И в один момент он сказал: «Всё, давай!». Он спел её на надрыве, как выдохнул, на последнем дыхании потому, что по-другому её петь нельзя. Песня очень серьёзная. Чернецкий по-другому не умеет, не получается.

А на съёмках в жизни и на сцене он совершенно разный. Такие добрые фотографии, где он улыбается – уже в обычной жизни. А на сцене он, конечно, выплёскивает накопившуюся энергию, и там более характерные фотографии. Особенно, к концу концерта, когда эмоции выплёскиваются наружу, это чувствуется очень сильно. В фотографиях, и в музыке.

Александр Чернецкий, Вадим Курылёв, Андрей Васильев, Борис Шавейников, Александр Гордеев. Пресс-конференция в клубе «Churchills», перед презентацией альбома «Дороги» в ККЗ «Украина». Харьков. 2008. Фото: Владислав Уразовский.
Александр Чернецкий, Вадим Курылёв, Андрей Васильев, Борис Шавейников, Александр Гордеев. Пресс-конференция в клубе «Churchills», перед презентацией альбома «Дороги» в ККЗ «Украина». Харьков. 2008. Фото: Владислав Уразовский.

Самое необычное место для тебя, где ты фотографировал концерт Саши сольный либо с группой?

Квартирников много разных. В начале, это даже квартирниками не называлось. Скорее посиделки, после концертов или между концертами. Они не коммерческие. Потом появились коммерческие квартирники, за которые люди платили деньги, собирались и слушали песни. Самым необычным, наверное, был квартирник, который проводился в зале для фитнеса «Райский уголок». Это ребята из Харькова. Делал Олег Звягинцев. Первый харьковский коммерческий квартирник проходил там.

Чернецкого нет. Люди в ожидании, а по периметру стен – одни зеркала. Сидят и смотрят на себя. Очень нестандартно. Думаю: «Как снимать? Как это будет выглядеть?». Я же по свету смотрю. Потом вышел Саша и тоже удивился, что вокруг зеркала.

А так, по съёмкам, интересная фотосессия для винила «1992». Пришёл на репетиционную точку в ДК «ХАИ», и нужно что-то изобразить. Где-то найти нестандартное, необычное место. Тогда, там исполняли (по молодости), на крышу залазили, и куда-то на портик. Интересные фотографии получились, и никто не мог понять, где это всё снималось. А это всё в округе, отошли 5 шагов туда, 5 шагов сюда; там развернул, тут развернул, и получилась необычная съёмка. Люди ходили, смотрели на нас. В основном – студенты. Собственно, ХАИ. Кто-то узнавал, кто-то не узнавал.

Тогда же по-простому, все одеты в джинсы, ничем особо не отличались. Да, в принципе, как и сейчас. Сергей Коротков в джинсах ходил с 60-х и до конца своей жизни. Он выделялся. У него борода большая, джинсы, и вот ещё с 70-80-х всегда сумка с пластинками. Когда к нему домой попал, поразился – стоят книжные шкафы, а вместо книг – пластинки. В огромном количестве бобины, кассеты, музыка! Огромная фонотека! А он так и ходил в джинсе, тогда ничем не отличаясь. Все ходили одинаково и нормально себя чувствовали. Когда я учился в институте, полностью одевался в чёрное. Конечно, в институте вызывал удивление. Кроме меня так никто не ходил. А по рокерским меркам – это нормально.

Помню, когда в Харьков приезжал Армен Григорян, они так все были одеты. Это же так, на кого-то сначала смотришь. Но тогда найти чёрную одежду очень сложно, особенно кроссовки. Брали обычные кроссовки, красились анилиновыми красителями в чёрный цвет, и так со стороны смотришь – человек весь в чёрном.

Александр Чернецкий и классный руководитель – Марина Фёдоровна, на встрече выпускников спортивного класса школы №94. Харьков. 2008. Фото: Владислав Уразовский.
Александр Чернецкий и классный руководитель – Марина Фёдоровна, на встрече выпускников спортивного класса школы №94. Харьков. 2008. Фото: Владислав Уразовский.

Есть ли что-то важное, о чём я не спросил, но кажется важным, чтобы быть произнесено сейчас.

Хочу о Саше сказать, что он человек очень правдивый и харизматичный. У него есть собственное мнение. И мало того, он своё мнение может мотивировать. Очень умный собеседник. С ним всегда интересно разговаривать. Он так же может внимательно выслушать. Если проводить аналогии какие-то, когда был СССР, и когда ему что-то не разрешали, запрещали, он не боялся. Пел и выражался в своём творчестве. И то, что происходит сейчас, считаю, что Саша имеет право на своё мнение, и он не боится его высказывать. Живёт эту жизнь вместе с нами, и имеет право, чтобы высказывать всё это. У него всегда присутствовала правда, и он не меняется. Каким был, таким и остаётся.

Плакат на двери квартиры Чернецких в Харькове. Выполнен к 15-летию «Разных Людей» (2005). Все фотографии: Владислав Уразовский.
Плакат на двери квартиры Чернецких в Харькове. Выполнен к 15-летию «Разных Людей» (2005). Все фотографии: Владислав Уразовский.
Александр Чернецкий, Владислав Уразовский и Александр Бессмертный напротив стадиона «Металлист». Харьков. 2018. Фото из архива Владислава Уразовского.
Александр Чернецкий, Владислав Уразовский и Александр Бессмертный напротив стадиона «Металлист». Харьков. 2018. Фото из архива Владислава Уразовского.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *