01. Вступительная речь
02. Рок-н-ролльно!
03. Взаимности
04. Ворон
05. Приветы всему миру
06. Становись!
07. Про Наше Радио
08. Времечко
09. Про общество потребления
10. Больше рок-н-ролла!
11. Про рок-н-ролл
12. Песня Взрослого Человека
13. За музыку
14. Дороги
15. Привет Андреичу
16. SuperБизоны
17. Про счастье
18. Святые 90-е
19. Как помогали Чернецкому в 1991
20. Никогда не вернусь!
21. Спасибо
22. Хочется жить!
Александр Чернецкий — вокал, акустика
Вадим Курылёв — эл. гитара, бэк-вокал
Павел Борисов — бас-гитара
Михаил Нефёдов — ударные
Игорь Ойстрах — губная гармоника
Автор и ведущий — Семён Чайка
© 2013, Наше Радио
© 2013, Разные Люди
Семён Чайка: Добрый вечер, вы слушаете «Наше Радио» у нас тут продолжается чек пока что ещё, но, в принципе, Юль, будь добра, соедини, пожалуйста, провода, чтобы ребята слышали, что происходит. Пробки, московские пробки, такая беда.
Итак, хочу ещё раз напомнить, что в это время, как обычно, с девяти до одиннадцати, два часа в студии «Нашего Радио», в программе «Живые» совершенно живые люди, живое исполнение, живые, я бы сказал, эмоции — это очень важная история. Как обычно, я, прежде чем музыканты не исполнят свой первый номер, не говорю о том, что за группа. Ну, сознательно совершенно это делаю, для того чтобы те люди, которые пока что ещё не стали участниками нашей группы ВКонтакте, становились ими как можно быстрее. Там и анонсы, там и обсуждения, всё вы получите информацию именно оттуда. После того, как прозвучит первая песня этого, на мой взгляд эпохального, легендарного, потрясающего коллектива. Вот после этого я и скажу, кто эти люди, назову их поимённо.
Итак, как всегда, в программе «Живые» исключительно живой звук. Вот теперь можно вдарить по барабанам. Поехали.
…Звучит песня «Рок-н-ролльно!»
Семён Чайка: Вот, собственно, так рок-н-ролльно! Здесь сегодня «Разные Люди»: Александр Чернецкий — вокал, гитара, человек, на которого я без любви, поймите правильно, смотреть не могу. Саш, привет! Огромная, огромная благодарность, что добрались, несмотря на чертовские сегодня неудобства, имею в виду пробки, и благодаря Мише Шкоренкову, нашему звукорежиссёру, отчекались, ну, буквально за 5 минут. Спасибо, Миша, большое за звук. Он меня сейчас не слышит. Ну, в общем, в принципе, и не надо, чтобы не зазнавался. Поехали дальше. Вадим Курылёв — гитара. Можно к микрофону, кстати, сказать, если нет желания.
Ну, помахал. Ну ладно. Ну, ну хорошо.
Александр Чернецкий: Дайте Вадику микрофон.
Семён Чайка: Саш, говори в этот, пожалуйста.
Александр Чернецкий: Дайте Вадику микрофон.
Семён Чайка: Да, пожалуйста, вон он микрофоны стоят, подходи, говори, сколько хочешь.
Александр Чернецкий: А, вот так далеко.
Семён Чайка: Ну что делать?
Павел Борисов — бас-гитара. Можно, в общем, в принципе, тут зайчик показывает. Ну, зачем? Можно к микрофону подойти было бы. Михаил Нефёдов — барабаны. Ну, вы его слышали в самом начале, прежде чем мы даже начали эфир. Самый громкий музыкант этого коллектива. Ну и Игорь Ойстрах, я всегда с придыханием произношу эту фамилию — губная гармонь. Я не могу сказать губная гармошка, как-то это неуважительно.
Игорь Ойстрах: Здравствуйте, уважаемые дамы и господа.
Семён Чайка: Вот человек встал, оторвал свою пятую точку. Встал, подошёл к микрофону.
Александр Чернецкий: Ну, очень-очень хорошо, можно подойти, можно не подходить и в принципе можно.
Семён Чайка: Да. Можно, можно, можно и не подходить, я не настаиваю. Итак, «Разные Люди». Коллектив, который, ну, назвать молодым у меня… Ну, хотя нет, они молодые, все абсолютно молодые люди. Но имею в виду тот опыт, то значение для российской музыки, я сейчас говорю без преувеличения, которое несёт в себе коллектив «Разные Люди». Хмм, общаться с ними как-то, кроме как с величинами, я, например, не могу.
Прежде чем начался эфир, я, естественно, заглянул, кстати, да, 5283 — это короткий номер для ваших SMS-ок. Не забывайте, пожалуйста, что можно отписываться в официальной группе вконтакте, это группа «Нашего Радио», моя официальная группа Семёна Чайки. Я здесь обнаружил вот какое сообщение от Наташи Фениксовой. Это было 25 минут назад, ещё до начала эфира. Внимание, господа, насколько это поэтично: «Ещё несколько минут, и в студию войдут ОНИ с большой буквы все буквы. Один — с сильным волевым взглядом, сединой в локонах, с походкой, от которой дрожит душа, ведь понимаешь, что для него каждый этот шаг. Второй — немного строгий, но очень требовательный, и к звуку, и к себе. Он сядет на стул, переберёт струны и откинет русые локоны с лица. Так бы хотелось вызвать его улыбку. А от третьего станет солнечно. Вот он появится, и сразу покой и радость. Самый замечательный, улыбательный. Ещё один пройдёт к инструментам, поправит очки, скрывающие поразительной остроты взгляд, и, наверное, будет мило молчать. И вот они такие разные, такие любимые. Спасибо. Я сердцем жду вас. Наташа Фениксова».
Александр Чернецкий: Я думаю, Наташа Фениксовна, спасибо большое.
Семён Чайка: Она не Фениксовна, она Фениксова. Это фамилия.
Александр Чернецкий: Извини,
Наташа. Очень трогательно. Про нас никто не писал такие вещи, поэтому мы очень благодарны тебе, Наташа. И не знаем даже, как ответить. Ну, мы постараемся своим рок-н-роллом.
Семён Чайка: Вы музыкой ответите. Здесь, кстати, только-только вы начали играть, и тут же появились SMS-ки. Вот одна из них, например, если я ничего не путаю: «Чиграков когда-то был участником «Разных Людей». И, знаете, не только Чиграков. Огромное количество талантливейших музыкантов, которые, собственно говоря, и в «ДДТ», и в «Алисе».
Александр Чернецкий: Ну, вообще «Разные Люди» — это такая формация, это не группа.
Семён Чайка: И в «Зоопарке», и в «Трилистнике». Сколько людей-то переиграло-то в «Разных Людях»?
Огромное количество. И Чиграков в том числе. Значит: «Еду по ЗСД.
Не могу не… написать привет Александру». Вау! Как я рад! Видимо, не могу не написать. Речь идёт об этом. Саш, что такое ЗСД? А я вот тоже сижу, читаю, понять пытаюсь, что это такое ЗСД? Западное чего? Западный скоростной диаметр? А, это из Питера? Там. А, это сообщение из Питера, да, видимо, так это называется. Я просто не знал об этом. Там всё как-то там шаверма, парадная и западный скоростной диаметр. Но красиво, чёрт возьми.
Но красиво, что сказать. Спрашивать тебя можно о чём угодно? Я готов разговаривать с тобой даже, нет, хотя музыки тоже очень хочется, в любом случае. Но первый вопрос, который я тебе задам, вот какой: «То, что сейчас, допустим, ты здесь, и то, что ты в «Живых», это подарок для нас. И огромная тебе благодарность за это. Но скажи, пожалуйста, что ты сам испытываешь, находясь на «Нашем Радио» сейчас?
Александр Чернецкий: Семён, то, что спасибо тебе за хорошие слова, то, что вот я жив не только благодаря… Да, многим, многим людям, которых я до сих пор не устаю говорить спасибо огромное за то, что они поучаствовали в моей судьбе все эти годы, больше двадцати лет, и не оставили меня наедине с болезнью и помогали как могли. Ребята, я никогда этого не забуду, и вам воздастся! И здоровья, и радости, и всегда вы самые лучшие. Спасибо большое.
Семён Чайка: Ну выбил-таки слезу, скупую мужскую. Ну, выбил.
Александр Чернецкий: Ну, не хотел.
Семён Чайка: Да Бога ради, Саш, тебе можно всё. Это чистая правда, абсолютно. Значит, тут масса тоже вопросов всяческих разных: «Спасибо огромное за такой прекрасный коллектив. Познакомился с творчеством в прошлом году во время трансляции «Нашествия». Так зацепила за душу, что передать не могу. Спасибо группе за искренность. Анатолий Михайлов», например, написал. Вот. И тут исключительно пока такие вот, знаешь, реплики: вау-вау, ура, ура. Я не могу с этим не согласиться. «Спасибо за то, что пригласили мою любимую группу. Огромный привет Чернецкому и Курылёву. Ребята, вы самые лучшие. С каждым годом ваша музыка всё вкуснее и вкуснее. Ноэль Страйдер», так подписан человек. Я не знаю кто, но хороший человек, судя по всему, раз такие добрые слова написал. Значит: «Саша, Инна, Вадим, Миша и все-все «Разные Люди»! Привет вам из Украины, из города Винница от Димы и ребят. Спасибо вам всем за такой душевный, драйвовый альбом. До встречи в Киеве, на акустике. Надеюсь, приедем в Харьков на электричество. От всех винницких ребят большой вам привет».
Александр Чернецкий: Спасибо большое. Всем спасибо. Всем ребятам привет! Винница — Forever! Вы — молодцы, и ждём вас в Харькове, в крайнем случае в Киеве.
Семён Чайка: Вопрос к Саше, — пишет дальше Дмитрий: «Всё чаще слушаю песню «Дом». Считаю её, как и большинство других песен, очень глубоких и жизненных. Расскажи, пожалуйста, историю её появления вот этой песни «Дом».
Александр Чернецкий: Ну, честно говоря, песня 1999-го года. У меня в январе, двадцать девятого января, умер отец, и я очень сильно… Ну, короче, не мог прийти в себя. Очень пил, не пьянел и не мог найти себя в мире. И писал песни, которые вот, собственно… Песни «Дом», «Молодой капитан», они были в этот период. В общем-то, я пытался каким-то образом свои переживания передать и спасибо за то, что вы эту песню отдельно отметили.
Семён Чайка: Сегодня будешь её петь?
Александр Чернецкий: Нет. У нас есть…
Семён Чайка: Я понял. А кстати, сегодня песни, которые поёте вы,
это что будет сегодня? Это будут хиты или это будут новые песни или это новый альбом? Давай поделись.
Александр Чернецкий: У нас будут и-и-и, новые песни и старые, но самое главное, что мы придумали песню, которую вот буквально сыграем как премьеру на «Нашем Радио». Да, и дописывали буквально в машине строчки. Сейчас Танюша перепишет. То есть это будет премьера песни, которую хотелось бы сыграть. Ведь рок-н-ролл — это же не…
Семён Чайка: Ну, не сейчас, чуть позже.
Александр Чернецкий: Через несколько песен, да, безусловно, потому что там у нас всё как бы всё идёт по порядку, но на самом деле можно всё изменить. Ну вот чем хотели поделиться.
Семён Чайка: Как называлась первая песня? Скажи, пожалуйста.
Александр Чернецкий: Первая песня называлась «Рок-н-ролльно!»
Семён Чайка: Понятно.
Александр Чернецкий: А следующая, вот где-то там у нас песня, наверное, «Ворон». А песня «Ворон», которая в советские годы ещё написана, но отчасти автобиографична. И собственно, мы её сыграем.
Семён Чайка: Давай. Будем с радостью воспринимать всё то, что делает Александр Чернецкий и группа «Разные Люди». Итак, живой звук в программе «Живые».
…Звучит песня «Ворон»
Семён Чайка: Двигаемся дальше.
Напомню, что сегодня здесь «Разные Люди», коллектив, хмм, к которому надо бы прислушаться,
если вы ещё раньше никогда их не слышали. Так бывает, молодое поколение может не знать эту группу. Хотя, на мой взгляд, это, ну,
хотел сказать преступление, но это большая ошибка, большая недоработка, если меломаны и слушатели «Нашего Радио», нашей аудитории не знают коллектив «Разные Люди». Здесь, например, вот есть чудная совершенно SMS-ка. Из Москвы от Кати. Она пишет: «Санечка, кстати, Гера Хазанов и Серёжа Чиграков сегодня на «Фейсбуке» попросили передать тебе большой привет. Катя».
Александр Чернецкий: Охренеть.
Ну, спасибо большое, ребята. И вам тоже на «Фейсбуке» большой привет! Герыч, и Чиграускас — мы вместе! Вы же знаете, я даже не думал, что они слушают «Наше Радио».
Семён Чайка: А куда им деться-то?
Александр Чернецкий: Ну, они…
Семён Чайка: А что ещё слушать можно?
Александр Чернецкий: Я так и не нашёл ссылку, которую кинуть на эти все порталы.
Семён Чайка: Какую ссылку?
Александр Чернецкий: Да, на эту передачу.
Семён Чайка: Да это я тебя умоляю, на сайте в любом, в любом месте.
Александр Чернецкий: У нас только питерское радио, а там нет вашей передачи. Ну, короче, я не знаю.
Семён Чайка: В Питере не может не быть нашей передачи на «Нашем Радио»!
Александр Чернецкий: Вот радио включаешь, оно есть, а в интернете нет.
Семён Чайка: В Интернете сайт открою, там кликаешь на ссылочку и смотришь и слушаешь.
Александр Чернецкий: Ну значит я уже старею.
Семён Чайка: Эх, Саш.
Александр Чернецкий: Ну не знаю. Хочу передать привет не только Чигракову и Хазанову. Своей жене Инночке, дочке Соне. Все парни тоже могут передать. Пользуясь случаем, всем ребятам в Харькове, на Украине, хмм, я не знаю, в Сан-Франциско, в Силиконовой долине, в Нью-Йорке, в Бостоне. Ну, всему миру. И мало-мало всему миру, да?
Семён Чайка: Всему миру. А я хочу сказать на секундочку, что нас слушают не только в FM диапазоне по Москве, например, по городам вещания, которых уже,
дай бог, полсотни, но и во всём мире через Интернет, где ты не смог найти.
Александр Чернецкий: Где я не смог?
Семён Чайка: Я тебе потом покажу. Потом.
Александр Чернецкий: Хорошо. Потом. Я потом повешу. Спасибо, Сёма. Спасибо, дорогой брат.
Игорь Ойстрах: А я своим калининградским друзьям тут проболтался, что у нас эфир, да. Вот. Они сказали, что они там все соберутся специально и будут это всё слушать на большом экране.
Семён Чайка: Слушать на большом экране?
Игорь Ойстрах: Ну да, я не знаю, как это они собираются.
Александр Чернецкий: На больших ушах, может быть?
Игорь Ойстрах: Ну, наверное, да. В общем, я не люблю передавать там приветы, но поскольку люди уж специально два раза мне звонили и спрашивали, когда эфир, передаю привет всем своим калининградским друзьям, они знают.
Семён Чайка: Ну, замечательно. Вот Иван Никитин пишет: «Расскажите Чернецкому, что мы тут в Питере каждый день слушаем «Живых» и его уже давно ждали». «Семён, огромный привет всем и каждому из группы «Разные Люди». Олег Каральник из Харькова передаёт.
Александр Чернецкий: Олег, спасибо.
Семён Чайка: Вот. Давай попоём.
Александр Чернецкий: Питер, спасибо. Да, ну чего? Спасибо тебе, Семён.
Семён Чайка: Да мне-то за что, Господи, прости. Пой давай.
Александр Чернецкий: А хорошо, я потом скажу. Песня называется «Становись!» Вот в этом смысле.
Семён Чайка: Не вопрос.
Александр Чернецкий: Это из альбома «Чернец», который вышел в этом году.
Семён Чайка: Это тот самый альбом, с которым. Ну да.
Александр Чернецкий: Который вы не крутите?
Семён Чайка: Всё, я понял, да? Не дави на меня. Да нет, ради бога. Всё будет, Саш. Всё будет. «Становись!» Это тот, как говорят, крайний альбом. Крайний. Ну, не… Как не принято говорить последний, хотя я не понимаю, почему.
Александр Чернецкий: Да, музыканты очень мнительные люди, как космонавты, и лётчики, подводники. Ну, потому что они работают на грани, поэтому они не говорят «последний», говорят крайний альбом. Альбом «Чернец».
Семён Чайка: Просто песня, просто немножко семантика русского языка. Крайний — это на краю, значит, там ничего нет. Последний последующий, поэтому последний гораздо точнее, чем крайний. Ну, давай, ладно, не будем сейчас разбираться. Лучше последний, чем крайний на самом деле. Если иметь в виду, так глубоко копать.
Александр Чернецкий: Ты потряс. Ладно, хорошо.
Семён Чайка: Я могу многим потрясти, но давай попоём лучше. Это у нас…
Александр Чернецкий: Ну, мы уже так привыкли говорить. Ну, хорошо. Раньше говорили «последнее».
Семён Чайка: Живой звук в программе «Живые» «Разные Люди» здесь. Поехали.
…Звучит песня «Становись!»
Семён Чайка: «Разные Люди» сегодня здесь. Александр Чернецкий со своими, я бы сказал, потрясающими музыкантами. Это нельзя не отметить, и я буду говорить об этом постоянно.
Александр Чернецкий: Со своими товарищами. Товарищи слово забытое, но оно лучше, чем господа и дамы. Да. Товарищи.
Семён Чайка: Согласен. Я, кстати, тут сознательно тут нарыл значение слов. Я тебе сейчас буквально в двух словах, два момента. Значит, имея в виду крайний, да? Находящийся с краю, очень отдалённо, в каком-то направлении. Предельный, последний — это значение слова «крайний». А у слова «последний» есть одно из значений: самый новый, только что появившийся. Например, одет по последней моде, строить по последнему слову техники.
Александр Чернецкий: Ну ты молодец, спасибо. Ты мало того, что ты ещё ведущий нормальный человек, ты ещё просветитель.
Семён Чайка: А какой смысл иначе?
Александр Чернецкий: В лингвистике, в русском языке.
Семён Чайка: Не только. Я и в музыке стараюсь просвещать.
Александр Чернецкий: Вот ты открыл глаза и спасибо большое, значит, можешь спокойно говорить последний.
Семён Чайка: Последний, по последней моде — это последний. Крайний, это хуже, по-моему.
Александр Чернецкий: Семён, спасибо большое за наводку.
Семён Чайка: Не, наводок-то не было. Значит, никогда не знаешь, какие встречи тебе преподнесёт судьба. «Большое спасибо, что есть такая группа, как «Разные Люди»! Наилучшие пожелания из Калининграда.
Александр Чернецкий: Ойстрах. Калининград
Семён Чайка: Скорее всего, это вот те люди, которым ты привет передавал.
Александр Чернецкий: Он же старый Кёнигсберг.
Семён Чайка: Да-да-да, Кёнигсберг. Олег из Сочи: «Привет, Семён! Спасибо за классную группу, привет ребятам». Ну, тут надо говорить им спасибо за то, что они есть, за то, что они делают, за то, что они играют. Что касается концертов, я знаю, что тут есть о чём рассказать.
Александр Чернецкий: Есть где покопаться. Да. Ну, самое главное, у нас концерт завтра в Москве в «Меццо Форте», нашем любимом клубе. Москвичи и гости столицы приходите 29 августа тринадцатого года в этот клуб. И вместе проведём этот четверг. Я думаю, что всем будет интересно. Короче, ребята, информация такая. Дальше мы где-то играем, но главное,что вы с нами?
Семён Чайка: Да, хорошо, это дальше мы где-то играем. Где, Саш? Надо сказать… Люди же должны прийти, но завтра в «Меццо Форте» придут. Во сколько, кстати? В семь, в восемь, в девять? Во сколько там начало?
Александр Чернецкий: Рабочий день обычно Москва стоит. Ну да. Да. «Москва разрушена, осталась только Тушино».
Семён Чайка: Ну, понятно. Во сколько, короче? Часов в десять? В девять?
Александр Чернецкий: Нет. Зачем? В восемь. Бери выше. В восемь. Обычно там в восемь. Короче, как доползут, и как мы доползём. Ну, короче, ребята, вы знаете, рок-н-ролл — это вещь свободное посещение, но записки от родителей не принимаются. Для тех, кто не придёт, в общем, да. Будут сурово наказаны вызовом в школу.
Семён Чайка: Это завтра. А ты сказал, что ещё есть какие-то концерты, но почему-то не помнишь, где.
Александр Чернецкий: Я помню, мы играем, приедем в Питер, играем на замечательной выставке под названием «АгроРусь». «АгроРусь», то есть это от земли. Вот там мёд и всякие очень хорошие вещи, и направленность рок-н-рольная, потому что, ну, Питер рок-н-рольный город. Мы будем играть 30-31 августа. Ну, короче, в Ленэкспо приходите питерцы и гости города. Потом мы играем на «Воздухе» в Петрозаводске. Возобновлённом «Воздухе», ваш фестиваль, ну, наш, да, наш общественный. И я очень рад, что ребята победили все обстоятельства и не согнулись,
не прогнулись и так далее, и делают дело, потому что они молодцы. И, собственно, вот на этом «Воздухе» будем играть мы восьмого августа, сентября. Сентября, да. Потом Ну, потом нужно смотреть наш сайт.
Семён Чайка: Ну, хорошо, ближайшие концерты мы уже объявили. Дальше там уже походу люди поинтересовались. Кстати, сайт не сайт, но группа ВКонтакте есть. Правильно?
Александр Чернецкий: Группа ВКонтакте есть. Должна быть.
Семён Чайка: Там же, ну, как должна? А есть. Почему должна быть? И там наверняка есть вся информация, правильно?
Александр Чернецкий: Ну, она такая иногда появляется, но она должна быть. Я не слежу, но, в принципе, да.
Семён Чайка: Хорошо.
Александр Чернецкий: Хрен его знает. Ну, Семён, ты меня этим вопросом убиваешь.
Семён Чайка: Сложный вопрос, конечно.
Александр Чернецкий: Сложный вопрос, потому что мы очень готовились, там, репетировали ещё новая песня у нас. Как она пройдёт? Но дело не в этом. Пройдёт и пройдёт. Главное, что мы у вас на «Нашем Радио». Что в кои-то веки очень чудесно. Чудеса продолжаются, потому что «Наше Радио» последние 8 лет оно было. Ну, непонятное радио, потому что хмм ничего не происходило, и крутили то, что было 8 лет назад. Вот. Поэтому появился Семён, и я надеюсь, Юля, что вы это болото встряхнёте. Нормальную музыку будете ставить. Потому что люди, наши друзья постепенно выключили, сделали «OF» на «Нашем Радио» вообще. Они его не слушают. Я не знаю, кто владеет этим радио, но ребята, давайте больше рок-н-ролла всё-таки в этой стране, а не работать на старых дрожжах.
Семён Чайка: Ну, друзья, сегодня-то всё-таки «ON» нажали? Нажали. И вот теперь отжимать не надо, друзья мои, не надо. Я вам этого не рекомендую делать, а то съем. Просто сейчас, на самом деле, в крайнем случае,
Александр Чернецкий: Понадкусываю.
Семён Чайка: Да это чисто, не съем, так понадкусываю. По крайней мере, Саша сказал совершенно верные вещи. Мы стараемся сейчас привнести много чего нового и надеемся на то, что наша аудитория нас в этом поддерживает. Новую-то песню когда будешь петь? Позже всё-таки?
Александр Чернецкий: Через одну, потому что у нас, вроде бы логично, песня «Времечко». Мы сказали о временах, да? Поэтому постепенно мы движемся к новой песне. Это премьера песни на всю мировую общественность и на всю нашу, потому что, допустим, товарищ Ойстрах её не слышал.
Семён Чайка: Даже Ойстрах не знает, что за песня.
Александр Чернецкий: Ну, как? Мы написали её в поезде.
Семён Чайка: Обалдеть. А вот сюрприз будет? Да вот сюрприз!
Александр Чернецкий: А мы тем более, да, поэтому…
Семён Чайка: А мы тем более. Итак, сейчас стремимся…
Александр Чернецкий: Стремимся… Мы, знаешь, как рок-н-ролл он всегда… Это же не филармония там и не это самое. Стремимся всегда быть, ну как бы живые, на острее. Вот твоя программа «Живые».
Семён Чайка: Молодец.
Александр Чернецкий: Делать то, что нам нравится, и делать это,
невзирая на все обстоятельства, а просто жить, как дышится. А то «сегодня ты живой, завтра тебя нет», как пел Свин и что делать? Петь. Премьеры песни не будет. А вот она будет. Петь «Времечко». «Времечко». Давай споём. Семён. Спасибо.
Семён Чайка: Итак, «Разные Люди» сегодня здесь. Сейчас будет песня «Времечко». Как всегда, живой звук в программе «Живые». Погнали, парни.
…Звучит песня «Времечко»
Семён Чайка: Итак, двинемся дальше. Сегодня здесь «Разные Люди». Александр Чернецкий, читаю то, что пишут, а пишут много. 5 2 83. Это короткий номер для ваших SMS-сообщений. Эмоции, впечатления, вопросы, всё, что хотите, адресованное группе «Разные Люди, милости прошу. Значит: «Вечер добрый, огромное спасибо за поддержку в виде песни «Времечко». Стася, 29 лет из Тулы». Вот, людей эти песни поддерживают, это же радостно.
«Саша, Лёха Свобода и компания слушают тебя в Туле и огромного тебе здоровья».
Александр Чернецкий: Спасибо, Лёш.
Семён Чайка: Свои, наверное?
Александр Чернецкий: Ну, такие же, как и ты.
Семён Чайка: Друзья. Хорошо.
«Добрый вечер. Был на праздновании тридцатилетия Ленинградского рок-клуба в прошлом году. Александр Чернецкий показал в действительности, как надо зажигать. Огромное спасибо, очень порадовали». О, как! А что касаемо тридцатилетия Ленинградского рок-клуба в прошлом году. Кто там был-то? Что было за мероприятие?
Александр Чернецкий: Ну, не в прошлом, в позапрошлом.
Семён Чайка: Ну, тут написано «прошлом».
Александр Чернецкий: В одиннадцатом году.
Семён Чайка: Ну да. Ну, хорошо, значит в позапрошлом. У человека, в принципе, время течёт медленно, видимо прошлое с позапрошлым путают. Ну, ничего страшного.
Александр Чернецкий: Было очень, очень круто.
Семён Чайка: Кто там был кроме тебя?
Александр Чернецкий: Да, мы туда попали случайно. Там были все. Ну, все живые. Ну, я не знаю. Ну, как тебе объяснить? «ДДТ», «Аквариум», «Алиса», «Бутусов», «Пикник», «Странные игры», «Аукцыон». Ну, короче, все, кто жив, но все крутые.
Семён Чайка: Да, всё-всё настоящее.
Александр Чернецкий: Там всё было очень-очень.
Семён Чайка: Всё настоящее. Круто. Вот смотри, что пишет Евгений Шипков: «Знаете, «Разные Люди» — самая живая группа. Не только из всех, кто был в «Живых», а вообще из всех. В каждой, в каждой песне наша жизнь. Жизнь такая, какая она есть, без прикрас и наоборот. Каких-нибудь слишком серых тонов. Соседи, гаражи, помойки. Все мы, все мы живём в этом, живём этим. А вообще мне сегодня нечего сказать. У меня просто тихий детский восторг».
Александр Чернецкий: Ну, спасибо чуваку. Чувак, спасибо за поддержку.
Семён Чайка: Послушай, что касается нового альбома, например, очень хотелось бы как-то узнать об этом. Готовится альбом? Будет альбом?
Александр Чернецкий: Ещё новый? Да, мы же старый ещё.
Семён Чайка: Погоди, погоди. Ну, «Чернец» замечательный альбом. А может быть, ещё есть материал на следующий альбом?
Александр Чернецкий: Ну вот сейчас мы сыграем песню, которая, наверное, будет в новом.
Семён Чайка: Да, которую написали по пути прямо в поезде?
Александр Чернецкий: Да. Но, понимаешь, мы же не зависим от каких-то корпораций, лейблов, которым раз в год нужно выпускать альбом. Зачем? Не знаю. И вообще, почему?
Семён Чайка: Не знаю. Ну, может быть прёт. Творчество прёт и всё.
Александр Чернецкий: Ну, Достоевский сколько написал произведений?
Семён Чайка: Немного, я согласен.
Александр Чернецкий: Но это достаточно?
Семён Чайка: То есть ты хочешь сказать, что новые песни сочиняют те, у кого нет хороших старых? Да, об этом что ли?
Александр Чернецкий: И это тоже. Но ты же понимаешь, всё равно вот сейчас выйдет новый альбом. Сейчас мы возьмём, запишем, а люди в Интернете напишут: «А когда следующий альбом?» — естественно. То есть, где предел совершенству и людям, которые просто нажали кнопочку и протроллили наш новый альбом? Они даже не прочувствовали в чём суть альбома. Да неважно, я его скачал, поставил друзьям, и я крутой. А где? Ни одной критической статьи, ни одного разбора, ни одной песни не прозвучало. Я понимаю, что сейчас это всё никому, вообще никому ничего не важно, кроме бабла, там, кредитов и гипермаркетов. А что от нас-то? Ребята, давайте думать, давайте жить и обсуждать жизнь и вообще,
вообще зачем мы пишем альбом?
Вот пришли на ваше радио. Зачем мы пришли? Ну, потому что это интересно, наверное. Кому-то.
Семён Чайка: Это очень интересно, не просто кому-то, а огромному количеству людей. Мне прежде всего интересно. Юле интересно, нам интересно всем.
Александр Чернецкий: И это очень-очень радостно, что мы не одиноки. А вопрос потребительства, на который нас подсадили американцы или я не знаю какие люди, он существует. Последние 20 лет страны нет, люди, которые потребляют и всё. Их подсаживают на кредиты, на покупки там машин, квартир. А они уже не знают, кто такая Ахматова.
Ну, допустим, они знают, но они не понимают, зачем, если нужно жить, чтобы выплатить кредит и всю свою жизнь посвятить выплате кредита. Хочется спросить, где вы, люди русские, и что с нами происходит? Зачем вы так поступаете? А, может, я слишком развёрнуто ответил?
Семён Чайка: Нет, Боже упаси, ты очень правильно ответил. Я почему и задумался. Я вдруг пришёл сейчас неожиданно слушаю тебя и понимаю, что вот петь надо, а мне хочется ещё тебя слушать. Знаешь, всё-таки ещё тогда…
Александр Чернецкий: У нас меньше песен, чем нужно было.
Семён Чайка: Как меньше, нормально. Ну, чтоб больше поговорить. Не-не-не, не надо больше петь. И говорить надо всё в меру. Скажи, пожалуйста, вот в таком случае вот потребительское общество, да, о котором ты сейчас сказал, а как тогда в этом потребительском обществе выживать творцу?
Александр Чернецкий: Ну, фактически никак.
Семён Чайка: То есть настоящие творцы в этом обществе выжить не могут?
Александр Чернецкий: То есть мы…
Семён Чайка: Но вы же выживаете?
Александр Чернецкий: Ну, мы же выживаем вопреки. Ты же понимаешь.
Семён Чайка: Чё-чё?
Вадим Курылёв: Мы творим для того, чтобы переделать это общество и улучшить его. Чтобы оно перестало быть обществом только потребления.
Семён Чайка: То есть мы пытаемся с вами вместе и вы переделать общество и сделать его обществом не только потребления, я так понял.
Александр Чернецкий: Ну, с другой стороны, исторически Россия она всегда была такая очень. Тот же Пушкин жил в долг и, собственно, и Достоевский искал издателей. То есть мы понимаем, что эти люди творили, но они не могли реализоваться только, ну и так далее. И в этом вопрос, не какая у тебя машина новая, и какой счёт у тебя в банке? А где же ты, чувак? Где твоя душа? Что ты сделал вообще для людей? Кроме своей наживы собственной. Ну и поэтому наш рок-н-ролл для людей, которые остались цельными и чистыми, которые живут, ещё живые. И твоя программа «Живые» — тоже самое. Которые ещё не попали в эту петлю. И мы пытаемся сказать, что чуваки, чувишки, вы не одиноки.
Семён Чайка: Есть ещё такие придурки, как и мы. Это очень хорошо, это в хорошем смысле.
Александр Чернецкий: Но как раз не придурки.
Семён Чайка: В хорошем смысле нормальные люди, да? Я себя тоже к ним причисляю. Ну что, я так понимаю, сейчас будет премьера? Та самая премьера. Как названа эта песня? Или пока ещё нет названия у неё?
Александр Чернецкий: Песня специально, как раз мы узнали, что нас зовут на «Наше Радио». И мы… Ну, это не то чтобы специально, а так получилось, что песня называется «Больше рок-н-ролла!» и сейчас мы попробуем её сыграть.
Игорь Ойстрах: Саш, ты мне скажи, мне надо в этой песне играть или нет? А то я уже тут извёлся.
Александр Чернецкий: Ну, хочешь, играй? У нас же нет запретов.
Игорь Ойстрах: Здорово, я просто никогда не слышал эту песню. Я думаю, как все остальные.
Александр Чернецкий: А мы тоже не слышали, мы только сейчас будем вместе слушать.
Семён Чайка: Не знает об этой песне даже музыкант, потому что написана она вот-вот только что. Ну, подыграй где-нибудь на гармошке.
Игорь Ойстрах: Да, я-то просто не понимаю, что…
Александр Чернецкий: Ми-ми-ми.
Ну давай ми-мажор.
Семён Чайка: Всё, понял? Ми-мажор. Ми, ми, бери гармошку, ми-мажор. Итак, можно начать уже. Это абсолютная премьера, причём даже, бумажка с текстом ещё совсем свеженький материал,
что не может нас не радовать. Спасибо огромное, Саш. Итак, живой звук в программе «Живые». Поехали. «Разные Люди» здесь.
…Звучит песня «Больше рок-н-ролла!»
Семён Чайка: Вау! Ну вот если это только что написанна и даже, в общем, практически не срепетированна. А Ойстрах в первый раз слышит эту песню, взял свой музыкальный инструмент губную гармонику.
Александр Чернецкий: Его тоже сподвигло.
Семён Чайка: И подыграл. Братцы, не в тот микрофон.
Александр Чернецкий: Извините, я забыл слова, но у меня зрение резко.
Игорь Ойстрах: Не умею.
Семён Чайка: Кто, ты не умеешь играть?
Игорь Ойстрах: Нет, я говорю, это есть такая вот фраза. Вот первая часть фразы — это новые песни сочиняет тот, у кого старые плохие.
Александр Чернецкий: Это Полковник. Лёха Хрынов, это его эти самые, ммм, эти. Не дацизмы, а афоризмы,
Игорь Ойстрах: Да-да. А репетирует тот, кто играть не умеет.
Александр Чернецкий: Настраивается слабейший. Новые песни пишут те у кого старые хреновые. Ну и так далее. Лёха Хрынов, Царство Небесное! Лёша, мы с тобой…
Семён Чайка: Мне было бы интересно, как бы ты на меня посмотрел, если бы вы пришли сюда, например, за час до эфира и сказали: «Будет ли у нас чек?» Я тебе сказал: «Настраивается слабейший, сиди жди». Я бы просто, мне интересна была бы твоя реакция. Как вы? Это же афоризм, не более того. Правильно?
Александр Чернецкий: Да. Но понимаешь, в этом есть соль.
Семён Чайка: Пуд. Там просто пудяра соли. Да, конечно. Как можно этого не понять? Значит, «Офигенная песня! Открыла заново для себя группу «Разные Люди». «Ух ты! Только врубил радио и такой забой! Круто рубите, меня аж заколбасило. Я тащусь. Семён, спасибо всему «Нашему Радио». Серёга из города Клин».
Александр Чернецкий: Колбасило и заклинило. Серёга, выбирайся из колбасы.
Семён Чайка: Из Краснодара, например: «Саша, очень рад тебя слышать. Огромный привет от Саши и Дениса. «Чернец» — супер! Будь!» «Первая группа, которую не сравнивают ни с кем», пишет кто-то из Москвы. А как можно с ними сравнивать?
Александр Чернецкий: Вот это молодцы!
Семён Чайка: С ними сравнивать должны. С «Разными Людьми»?
Александр Чернецкий: Спасибо за такой тёплый приём. Мерси, за комплиман. Потому что действительно «Разные Люди» группа, у которой нет стиля и отсутствие стиля — это тоже стиль. И мало того, играют толпы людей, которые играть умеют.
Семён Чайка: Да. Ещё как.
Александр Чернецкий: Но это не является, знаешь, затёртым и это самое, это всё, это жизнь вот, ну. Я понимаю, рок-н-ролл вот это в этом стремлении остаться… Конечно, плохо играть стыдно, но плохо играть мы и не хотим. Поэтому мы и репетируем. Но в любом случае рок-н-ролл не является тем… Рок-н-ролл придумали молодые люди, весёлые для того, чтобы, как говорили «The Beatles»: «Ну, наверное, это продлится пару лет, и то хорошо». И они подняли вот ту послевоенную волну веры. А люди взяли в руки гитары, начали сочинять песни. В нашей стране это было в восьмидесятых годах, во второй половине и почувствовали, что они могут тоже сказать своё слово, когда уже не сажали в тюрьму и так далее, не преследовали. И, собственно, рок-н-ролл в этом и есть свобода слова, свобода личности.
Семён Чайка: Абсолютно верно. Никто с этим не спорит, нам просто…
Александр Чернецкий: А сейчас, конечно, с баблом нужно бороться.
Семён Чайка: Прерваться надо. Понимаешь?
Александр Чернецкий: Давай прервёмся.
Семён Чайка: Давай, приходится, никуда не деться.
Семён Чайка: Пол программы позади, и сегодня в «Живых» «Разные Люди»: Александр Чернецкий, Вадим Курылёв, Павел Борисов, Михаил Нефёдов, Игорь Ойстрах. Это всё чудный коллектив под названием «Разные Люди». Для тех, кто не знает или не знал этот коллектив, сегодня большой праздник. Мне кажется, просто новое открытие и откровение. Тем, кто любит эту замечательную группу, естественно ещё для них большой праздник, потому что они слышат их сегодня на «Нашем». «Ребята — красавы!» Патрик из Конакова.
«Ойстрах респект. Позвонили из Краснодара, сказали про передачу, сижу, слушаю, на концерт пойду обязательно».
Игорь Ойстрах: Это мой близкий друг Женя Кибовский, он мне только что SMS-ку прислал, я забыл телефон выключить. Да-да-да. Он говорит: «Ты популярен, мне из Краснодара позвонили».
Семён Чайка: А концерт завтра? Давай повторим, Сань. Завтра где?
Александр Чернецкий: Концерт завтра в Москве, в «Меццо Форте». Ну, знаете, где этот клуб находится. Мы там, будем играть большую программу «До свидания, лето», наверное. Я не знаю как.
Семён Чайка: А, так ты её назвал.
Игриво так.
Александр Чернецкий: Игриво. Ну, это было когда-то там, такие как присказка, знаешь? «И началось в колхозе утро», а это «До свидания лето» называется.
Семён Чайка: «Ребята, услышал первый раз вас. Мне 39, вы класс, с удовольствием пойду на ваш концерт. Сергей из Тамбова». Но он из Москвы написал SMS-ку, видимо, здесь находится. Вот, пожалуйста, люди, в 39 лет человек открыл для себя группу «Разные Люди», которые уже на сегодняшний день, дай Бог память это посчитать. С восьмидесятого года, в принципе. Ну, в принципе, да?
Александр Чернецкий: Ну, легенды ходят такие, да.
Семён Чайка: Ну чё, ну «Хронос»-то был в восьмидесятом.
Александр Чернецкий: Да, были музыканты, которые начали…
Игорь Ойстрах: Ну, я в 16 лет, в восемьдесят девятом году, мне сказали, ну, уже мне почти 17, ну или в восемьдесят восьмом, что-то в этом роде. Я в Харьков приехал, они уже были звёздами. То есть, если б мне тогда сказали, что я когда-нибудь буду с ними играть, я бы умер от счастья прямо на месте.
Семён Чайка: Ну, а сейчас ты чего не умираешь тогда?
Игорь Ойстрах: А сейчас я свыкся, что ли? Свыкся, да.
Александр Чернецкий: Он понял, что умирать рано, надо жить.
Игорь Ойстрах: Ну, кстати, я могу сказать, я тут вот, «Ворон», например, одна из моих любимых песен. Я тут как-то хотел друзьям показать. Нашёл в YouTube Сашкину запись конца восьмидесятых и современную. Вот я удивился, но тем не менее Саша сейчас поёт намного лучше.
Это так радует, потому что все остальные хуже, а Саша лучше.
Александр Чернецкий: Мы же учимся (все засмеялись). Да. Я-то ни петь, ни рисовать не умел, а так получилось, что очень хотел. И мальчик, который никаких данных музыкальных не имел. Я к тому, кто берёт гитару в руки и думает, что тяжело, но если есть большое желание, ребята, не бросайте это дело. Это очень важное дело. Оно вас спасёт, спасёт ещё многих людей.
Семён Чайка: Кроме того, я позволю себе всё-таки это сказать на правах твоего приятеля, а может быть, и друга. Я бы был, конечно, горд считать себя твоим другом, что, учитывая некоторые факты, имею в виду чисто физиологические, Саня пережил достаточно тяжёлое заболевание. Надо понимать, сколько этому человеку как это всё даётся. И то, что он делает с открытой душой, с чистым сердцем, с блестящими глазами. Вот передо мной сейчас абсолютно нормальный герой. Я по-другому сказать не могу. Вы так поройтесь в интернете, кто об этом не знает, посмотрите Александра Чернецкого, вы поймёте, о чём я говорю. То, что делает Чернецкий — это подвиг жизненный, человеческий, творческий, как хотите, это реальный подвиг. Всё, ты молчишь. Ты ничего не отвечаешь на это. Ты меня понял?
Не надо. Вот не надо, пожалуйста.
Спасибо. Потому что, мне кажется, пафос этого момента ты нарушишь благодарностями. Это не надо за это благодарить, это чистая правда. Я говорю от чистого сердца. «Я, наверное, первый раз рад, первый раз рад пробке. Меня просто колбасит от такого. Водители соседних машин просто в шоке». Ну, я перевожу на русский то, что написано на другом русском. Всё тот же Серёга из города Клин. Давай дальше петь, что это будет. Ты понял, о чём речь?
Александр Чернецкий: Не будем терять время. Серёга, держись в пробках. Короче, песня называется «Песня Взрослого Человека».
…Звучит песня «Песня Взрослого Человека»
Семён Чайка: Студия аплодирует практически стоя, скажу честно. Эту песню, кстати, просили, и даже несколько раз я видел в SMS-ках,
чтобы хорошо бы, если бы «Песня Взрослого Человека». «Круто! «Разные Люди» сегодня здесь. Спасибо большое. Не мне спасибо. Это людям спасибо, которые знают, помнят, любят и просят именно те песни, которые их особенно цепляют. «Александр вокалист, человечище, человечище», Вася Иванов написал. Екатерина Галевская, кстати сказать, не очень часто она пишет что-то доброе. Ну, как-то всё больше критикует. Ну, я всё-таки разделяю, наверно, критику и критиканство, но Екатерина — это тот человек, который, если ей чё-то не нравится, она впрямую, вот как вот есть,
Александр Чернецкий: Ну, это правильно, это лучше, чем юлить и врать.
Семён Чайка: Да. Только она умеет это делать всё-таки, мне кажется, не обижая. Вот это тоже очень важный аспект. Не обижая. Вот сейчас она пишет: «Жизнеутверждающий, трезвый взгляд на жизнь. Успехов в творчестве». Ну, по-моему, хорошо.
Александр Чернецкий: Спасибо.
И этого достаточно? Думаю, да.
Как пел Александр Галич: «Эрика» берёт четыре копии. Вот и всё. И этого достаточно».
Семён Чайка: Саня Шибанов: «Александр, сколько у вас написано текстов, которые не стали песнями? Есть ли песни, которые вы играете только для своих или только на репах? Ну, на репетициях, например? Есть стихи, которые не стали песнями, вот реально?»
Александр Чернецкий: Вы знаете, их фактически нет, но очень много записей, которые я хранил последние 30 лет, чудом сохранившиеся. И у меня мечта издать «Антологию за 30 лет» ну, как бы всего рок-н-ролла, который был связан со мной. И я не знаю, насколько это удастся, но я надеюсь пока ещё жизнь продолжается, и это я сделаю. И дело в том, что я не пишу стихи, это песни, и это очень большая разница. Я не поэт, ни в коем случае, не музыкант, поэтому…
Семён Чайка: То есть не поэт — не музыкант. Ну, как так? Сейчас ты меня обидишь. Вот сейчас ты меня лично обидишь. Мы зовём сюда, в эту студию талантливейших музыкантов в нашей стране, приглашаем, особенно молодых, показываем России-матушке и всему шарику земному, надеясь на то, что зацепят они чем-то, увлекут собой, получат новых поклонников.
Тут приходит Чернецкий, нормально, группа — легенда, человек — легенда, музыкант — легенда. Я — не певец, я — не поэт. А кто ты тогда? Просто человек, просто гений и всё?
Александр Чернецкий: Ну, блин, ну хорошо, Сёма, ну так назвал. Я честно признаюсь, что ни в коем случае я таким себя не считаю. И я говорю ребятам, которые пытаются делать что-то, не обязательно быть музыкантом и поэтом. Нужно, чтобы это было в душе, настоящий драйв, искренность и вера в то, что ты делаешь. В любом случае, твой голос услышат. Ну, я к тому, что рок-н-ролл — это не консерватория, не музучилище и так далее. «The Beatles» не знали нот, и стали гениальными композиторами, не зная строения гармонии. Ну что ещё сказать?
Семён Чайка: Не надо. Всё, я тебе сейчас скажу. Короткое сообщение от человека, которого я уже люблю и считаю другом программы. Пишет она не каждый день, но пишет периодически какие-то конкретные вещи. На 5283. «Озвучили мою жизненную позицию. Реально общество подсажено на тупое радовать (с многоточием). Анапа. Татьяна Викторовна — патологоанатом». Она реально патологоанатом. Она очень хорошо знает человека изнутри. И очень часто такие звонкие, хорошие, конкретные, точные характеристики даёт тому, что она слышит. Но чаще положительные, просто потому что она, видимо, любит хорошую музыку, как и мы. Да. Надо петь. Что это будет?
Александр Чернецкий: Песня называется «Дороги». Это посвящение поколению нашему, ну, я называю их восьмидесятники,
потому что были шестидесятники, знаменитые семидесятники. А вот как бы восьмидесятники, наше поколение с тобой Семён, они как бы между двух империй, цивилизаций и между двух правд,
потому что была одна правда, сейчас стала другая. И вроде бы их как бы и нет, но на самом деле,
не как у Ремарка «потерянное поколение». А всё-таки мы живы и продолжаем делать своё дело как можем. И ребята, песня об этом. Так что…
Семён Чайка: Живой звук в программе «Живые». Здесь сегодня «Разные Люди». Поехали.
…Звучит песня «Дороги»
Семён Чайка: Э-эх, честь для нас на самом деле, честь для программы «Живые», что здесь сегодня…
Александр Чернецкий: Ребята, а чего вы молчите?
Семён Чайка: Не знаю, чего они молчат?
Александр Чернецкий: Нужно подойти к микрофону.
Семён Чайка: Я им предлагал, они не хотят вставать.
Вадим Курылёв: Нам лень вставать.
Семён Чайка: Они греются, понимаешь. Старенькие стали уже, греют свои косточки, сидят.
Александр Чернецкий: Опять же забыли Андреичу ещё передать привет. Надо сейчас…
Семён Чайка: Давай, передавай.
Александр Чернецкий: Это уже?
Семён Чайка: Конечно. Мы в эфире. Да, давно? Давно.
Александр Чернецкий: Ёшкин кот! Андреич! Израиль! С нами, где-то там в душе.
Семён Чайка: Почему с нами? Всюду. Везде.
Александр Чернецкий: С нами. Всюду. С нами всюду. Андреич, передаём тебе привет из студии на
«Народного ополчения» «Нашего Радио», все тебя помнят.
Семён Чайка: В студии «Народного ополчения» «Нашего Радио», хорошо это звучит. «Народное ополчение» «Нашего Радио» — это просто…
Александр Чернецкий: На улице «Народного…»
Семён Чайка: Я понял, но звучит очень хорошо.
Александр Чернецкий: Это наше сопротивление.
Семён Чайка: Крылатая фраза будет. Да-да-да-да-да, крылатая фраза.
Александр Чернецкий: И вот, собственно, наверное, для Андреича и же с ними, для всех наших друзей мы споём песню, которая называется «SuperБизоны!»
Семён Чайка: Эх, ты! Ладно, уже назвал. Не-не-не, просто многие пишут, ну есть здесь, «первый раз, слышу эту группу, но так нравится». Друзья мои, вы знаете эту группу, я вас уверяю, вы её слышали на «Нашем Радио» и достаточно.
Александр Чернецкий: Лет 10 назад была.
Семён Чайка: Да неважно. Но будете слушать и дальше?
Александр Чернецкий: Мы ещё почему-то живы.
Семён Чайка: Будете слушать и дальше, я гарантирую. Вопрос в том, что эту песню вы просто, мне кажется, не можете не знать, если вы любите наш русский рок. Вот сейчас без лишних слов, без всяких объяснений, просто вот ту песню, которую ты чуть было не назвал уже, да, немножко убив интригу. Ладно, давайте.
Александр Чернецкий: Как можно убить, интригу в тебе? Ты сам интрига. Ты понял, что сказал?
Семён Чайка: Живой звук в программе «Живые». Здесь сегодня «Разные Люди». Погнали, братцы.
…Звучит песня «SuperБизоны»
Семён Чайка: Ну что? Теперь вы готовы сознаться в том, что всё же знаете эту группу? Как минимум по этой-то песне уж точно наверняка. Я практически в этом не сомневаюсь. «Классно, супер! Михаил Тельнов», пишет Тельнов-Ёжик, так он подписывается. «О-о-е-е! В миражах Аризоны!» Ну, люди радуются. Знаешь, хорошо, когда люди радуются.
Александр Чернецкий: Спасибо. Ну, мы же пришли, чтобы сделать праздник,
Семён Чайка: Чтобы радовать. «Что они со мной делают?», спрашивает Иванов Вася. Вася, мы на этот вопрос ответить не можем, потому что вы далеко от нас и виртуально. Поэтому уж сами как-то определитесь, пожалуйста. «Давно не слушал «Живых». Тут включил, и дорога до дома стала приятной».
Александр Чернецкий: Спасибо. Очень-очень радуют такие сообщения, Семён. Я думаю, что ты их не выборочно. А ты можешь подойти и читать всё подряд. Но я ж не детектор лжи, я туда не вижу. Подойдёшь, потом? Я тебе верю как родному. Ну, мне кажется так и есть. Поэтому спасибо. Спасибо, ребята.
Семён Чайка: Всё что пишут. Вот тут фотографии с «Нашествия» человек выложил. Христофор Врунгель его зовут, то, что было на сцене «Нашествия». И, кстати, пишет о том, что какая-то из песен, «Субмарина», сильно потрясла, и вот теперь вот слушает «Разных Людей» с огромным удовольствием. А вот смотри. Помню. Сейчас, секундочку, я так раз тоже. Сейчас попытаюсь передать интонации человека, который пишет такое: «Помню, как мы с Сашей Чернецким с киевского концерта на одесский ехали. И после общения часов так в пять утра в середине плацкартного вагона решили спеть «Последний бой», но шёпотом, чтобы никого не разбудить». Дмитрий Данченко написал.
Александр Чернецкий: Да. Диман, да. Это правда. Димка, привет! Виннице, привет! Ну, вообще, вы золотые ребята.
Семён Чайка: Ну, они золотые уже хотя бы потому, что пишут об этом, рассказывают об этом, делятся этим. Это ж круто. Скажи, пожалуйста, вот тут кто-то спрашивал насчёт книжки, не хочешь ты книжку написать?
Александр Чернецкий: Я ж не-е не писатель.
Семён Чайка: Так ты не музыкант, ты не певец и не композитор вообще.
Александр Чернецкий: Вот я сейчас всё брошу и буду писать.
Семён Чайка: А люди хотят, чтобы ты написал книжку. Рассказал о творческом пути, о жизни, философию свою изложил. Она же ведь глубокая философия.
Александр Чернецкий: То есть мне нужно сейчас всё бросить и писать книжку?
Семён Чайка: Не надо бросать, между делами такими не музыкальными, ты можешь, в принципе, зайти…
Александр Чернецкий: Я очень рад, что люди очень верят в меня,
что я могу писать книжки там и так далее. Спасибо, ребята. Я постараюсь, когда-нибудь, лет через 10.
Семён Чайка: «Ура! «SuperБезоны». Спойте «15 ножевых». Ну, тут народ уже заказывает песни, в принципе. Но это только за деньги. Это я так, на всякий случай, заявок, ребята, обычно не исполняют. Так: «Семён, все привыкли считать, что шансон — это музыка для души. А человек, знающий ту жизнь я говорю: «Вот она, музыка для души. Сергей Правдин». Сергей, спасибо большое. Ну вот я лично я не считаю, что шансон — это музыка для души.
Александр Чернецкий: То, что у нас называют шансон — это по-французски «песня». Взяли, назвали блатняк шансоном. Красивым словом. Все радиостанции, все маршрутки. Такое ощущение, что… Россия, проснись. Что вы слушаете всякое… Я понял, что сейчас нельзя, молодец, говно говорить, да! Сволочь. Ну, в этом случае, ну никак не-не могу.
Игорь Ойстрах: Саш, ну это у Егора, помнишь? «От Москвы и до Кубани крутят всякое… Любит народ наш всякое…»
Александр Чернецкий: Великая Россия опустилась до такого уровня. Мало того, что убили образование, медицину, всё, что с этим связано. Вы ещё духовно пали так, что я не понимаю. То есть только «Наше Радио» теперь будет спасательным кругом? Будем спасать людей.
Семён Чайка: Ну, мы стараемся.
Александр Чернецкий: Вот Семён пришёл и что, ты новое пришествие? Нет, подожди, а каждый? От каждого из нас. Мы на своём поле. Ты на своём.
Семён Чайка: Угу. А, в этом смысле?
Александр Чернецкий: Да, и больше рок-н-ролла на душу России.
Семён Чайка: Вот. Валентин Еленевский пишет: «Привет вам из Одессы. Первый раз вас слушаю, получаю море удовольствия. Спасибо за отличную музыку, твёрдую жизненную позицию. Соседи тоже вас сегодня слушают». И смайлик такой с подморгушкой. Человек делает громко и правильно. Эту музыку слушать тихо нельзя. Потому что она стоит громкого звучания. Послушай, вот сейчас такой вопрос, может быть будет не очень, ну, скажем, музыкального характера. Я лично хочу тебя спросить об этом: «У тебя бывают такие минуты в жизни или такие мгновения? У кого-то это часы, у кого-то мгновения, у кого-то минуты, когда ты вот рад собой абсолютно, доволен собой абсолютно. Вот в абсолюте говоришь. Секунда такая, минута, не знаю, час, ты говоришь себе: «Я офигенный. Я вот реально классный».
Александр Чернецкий: Ну конечно, это всего лишь несколько мгновений. Когда я абсолют… Ну, если собой, с собой вряд ли, потому что я счастлив в ситуации, когда происходит, знаешь, счастье, оно не может быть безграничным, но это всего лишь несколько секунд того ощущения, которое тебя настигло. Вот рождение ребёнка, великое счастье любви с женщиной, одной на всю жизнь. И оно посещает тебя перманентно, всегда. Потому что счастье оно оказывается, безграничным. Только его нужно увидеть. И я тебе скажу, ты очень хороший вопрос, спасибо тебе, приз в студию. Для меня счастье, когда ничего не болит. Но такого со мной практически за последние 28 лет не случалось. Трудно объяснить это здоровым людям. Понимаешь, когда утром просыпаешься, видишь новый день, и тебе уже жалко жизни на то, чтобы спать последние годы, да? И ты пытаешься сделать ещё что-то не для себя, а для людей, безусловно, потому что жизнь твоя, безусловно, предназначена для людей. И чем больше сможешь успеть, тем это счастье, оно всегда будет где-то рядом. Оно не будет встречаться, но оно будет ждать этого момента. Не то что спустя 28 лет тебе дали «Грэмми» и ты сказал: «Я ждал этого всю жизнь». Да насрать, какое время и какие эти самые… Есть жизненные понятия. И дело не в славе. А в том, чтобы… И, знаешь, вот в этой песне, которую мы играли первой, там есть такая строчка: «И хочется добиться не славы, но слёз». Если хотя бы одного человека я заставил заплакать, в какой-то песне, значит жил не зря.
Семён Чайка: Ты жил не зря.
Игорь Ойстрах: Меня лично раз несколько, причём при этом, начиная там с юности.
Семён Чайка: Надо сказать, что и меня он заставлял плакать своими песнями. Кстати сказать, вот в ответ на реплику, которая была раньше на предмет «Супербизонов», Лёша Филатов пишет: «Спасибо большое, давно я не получал такого драйва и удовольствия. А как услышал песню «СуперБизоны» и понял: «Да я ведь знаю эту группу и эту песню. Спасибо за вечер. Удачи завтра на концерте. С уважением, Алексей».
Вот я толкую, что есть одна, может быть, песня, две, которые люди точно знают, но никак не идентифицируют группу-то с её творчеством в целом.
Александр Чернецкий: Но дело в том, что хотя бы одной песни достаточно. Вот «Bésame mucho» девушка написала в 15 лет.
Семён Чайка: И на всю жизнь. И навсегда.
Александр Чернецкий: Много не бывает, да? Ну, у «The Beatles» может быть несколько песен. Но обязательно, «Satisfaction» («Rolling Stones»), «Smoke on the Water» («Deep Purple») и «Stairway to Heaven» («Led Zeppelin»). И этого достаточно.
Семён Чайка: Согласен. Виталий Смешливый пишет: «А барабаны что, электронные?» Ну, нормальный вопрос?
Александр Чернецкий: А у вас нет видео тейпа, да?
Семён Чайка: Да, к сожалению, нет. Какие электронные? Я не знаю, как ещё доказать. Миш, ну стукни по барабанам сейчас, чтобы… Студийные микрофоны. Ну какие же они электронные?
Александр Чернецкий: Это просто они… Ну, если меломан, если музыкант, он поймёт, что электронные звучат по-другому.
Игорь Ойстрах: Так это просто сразу слышно. А потом Миша музыкант несколько другого уровня, чтобы, на электронных барабанах.
Семён Чайка: Фигнёй всякой занимается. Спасибо большое. Спасибо.
Александр Чернецкий: Какой аналоговый низ. Вот где-то в районе…
Семён Чайка: Да-да-да, того самого. Петь давай.
Александр Чернецкий: Песня называется «Святые 90-е». Эта песня посвящена. Ну, это как бы продолжение, я так называю. «SuperБизоны» про семидесятые, а это девяностые, совсем другие. Но они в моём понимании не какие-то там лихие и прочие, а святые, потому что…
Семён Чайка: Ну, потому что потому.
Александр Чернецкий: Я так их воспринимаю. И, может быть, это моя заруба, но это правда.
Семён Чайка: «Святые 90-е». Сегодня здесь «Разные Люди». Как всегда, в «Живых», живой звук. Поехали.
…Звучит песня «Святые 90-е»
Семён Чайка: Ну, здесь ни комментариев, ни никаких слов говорить не буду, просто всё спето.
Песня хронологическая практически слушаешь её и понимаешь, что за какие-то там сколько? Три с половиной минуты, которые она длится, вся жизнь за девяностые годы, ведь все десятилетия перед тобой проходят. Елизавета Коновалова пишет: «Бас стопудово «Steinberger», а Вадик на «Explorer» играет». Ты посмотри, какой слух у человека! Один не может отличить живых барабанов от электронных, зато другая…
Александр Чернецкий: А это девушка была, да? Это Елизавета Коновалова?
Семён Чайка: Елизавета.
Александр Чернецкий: Елизавета. Приз. А если вы в Москве, то мы можем вам на завтрашний концерт билетик.
Семён Чайка: Проходку.
Александр Чернецкий: Проходочку сделай.
Игорь Ойстрах: Я хоть узнаю, какой у Паши бас.
Семён Чайка: Тебе сказал человек, на слух определил, какой бас. Обалдеть. Значит, смотрите, Наталья Стручалина тоже в моей официальной группе, пишет вот что. Очень, кстати, трогательное сообщение: «Первый раз услышала Чернецкого в 12 лет, это был девяносто первый или девяносто второй год. Тогда как раз ему деньги на первую операцию собирали. И совершенно по-детски каждый вечер двенадцатилетний ребёнок, каждый вечер просил у Бога здоровья и жизни для него. А сегодня снова хочется также искренне и горячо поблагодарить Бога и сказать спасибо Александру за его настоящую музыку. Саша, живи, твори, пой. Пусть каждый день для радостных глаз. Наталья Стручалина».
Александр Чернецкий: Наталья, спасибо тебе огромное, лапочка. Ты знаешь, все письма, которые пришли в то лето девяносто первого года — это целый мешок. Недавно я их отсканировал, друзья отсканировали и я прочитал, я просто, я не мог читать без слёз. Там: «Вот, вы знаете, от нас ушёл папа, мы с мамой. Я маме не говорил, я только рубль мог, но я его честно заработал». И так далее, солдаты. Ребята, вам низкий поклон, я всю жизнь буду помнить. И всё, что я делаю со своими друзьями, я буду делать для вас всегда. Дай Бог вам здоровья. Вот не хватает слов, правда, потому что Наташа подняла такую тему, в которой… Даже люди собирали не зная, кто такой Саша Чернецкий, какая вообще великая вещь — Милосердие».
Семён Чайка: Я понял, дорогой, не надо слов, ты всё сказал. Творчеством своим ты всё сказал.
Значит, до сих пор в восторге… Я читаю ещё одно сообщение, чтобы немножко ситуацию разрядить чуть-чуть: «До сих пор в восторге от альбома «Чернец», а тут включил «Наше» и «Разные Люди» с ещё одной новой песней. Саня, это круто! Привет из Славянска. Олег Фриц».
Александр Чернецкий: Ой, Олежка, дорогой, привет тебе. Это наш очень хороший друг.
Семён Чайка: Организатор концертов, судя по всему. Славянск-на-Кубани, я так понимаю?
Александр Чернецкий: Нет. Нет, в Славянске я очень часто бывал. Другой Славянск? Да, Славянск — Донецкая область.
Семён Чайка: А, это Донецк? О, Славянск. Родина, практически.
Александр Чернецкий: Ну, я не буду сейчас говорить, да, я не вправе. Угу. Ну, Олег. Держись. Мы вместе.
Семён Чайка: Мы вместе. Это хорошо. Значит: «Спасибо за потрясающий эфир. Анатолий Михайлов». Подождите, мы ещё не закончили.
Александр Чернецкий: Это к тому, что в Донецке-то, в Славянске-то слушают, оказывается.
Семён Чайка: И в Донецке, интернет помогает. Вот, кстати, человек пишет, Дмитрий Данченко тот же: «Спасибо наши Семён, Юля, у нас в Украине таких передач нет: Украина, Россия, Беларусь, братья и сёстры, слава СССР!» Люди слушают по всему шарику, и нас это очень греет, потому что огромное количество людей узнаёт те группы, о которых, может быть, раньше не слышали, или вдруг неожиданно для себя вспоминают те коллективы, которые любили когда-то, может быть, чуть-чуть подзабыли. Вот. Я бы хотел, чтобы «Разных Людей» любили, помнили, знали, хотели, ждали новых треков. Ну, новых песен, трек, нехорошее слово в данном контексте. Но новых песен с каждым годом всё больше. А вы творите. Давайте сейчас будем что-то ещё петь, ещё хочется, чтобы вы попели немножко. Хорошо?
Александр Чернецкий: Мы готовы. Песня называется «Никогда не вернусь!» Эм-м. Ну, без комментариев.
Семён Чайка: Давай так. Давай без комментариев. Как всегда, в программе «Живые», живой звук,
и сегодня здесь «Разные Люди».
…Звучит песня «Никогда не вернусь!»
Семён Чайка: Вот эта песня для ротации на «Нашем Радио», мне кажется, это было бы хорошо. Как ты думаешь, это было бы хорошо?
Александр Чернецкий: Тебе виднее. У тебя руль.
Семён Чайка: Знаешь, какая штука-то? У нас времени осталось совсем чуть-чуть, даже на прощание не остаётся, но я хочу ещё одну песню вашу услышать.
Александр Чернецкий: То есть, а сколько времени?
Семён Чайка: Трёхминутную? Есть трёхминутная? Три, три с половиной. На прощание. На ход ноги, как говорят, на посошок.
Александр Чернецкий: Мы хотели сыграть, хмм, «Пусть сегодня никто не умрёт!», но сыграем тогда «Хочется жить!», она точно три минуты. Спасибо вам, ребята. Long Live Rock-n-Roll!
Спасибо, Сёма, Юлия. Спасибо! Огромное человеческое! Мужское и рок-н-ролльное!
Семён Чайка: Это вам спасибо, ребятки. Здесь сегодня были «Разные Люди». Это потрясающие музыканты. Я рекомендую вам, если не знали их творчество.
Александр Чернецкий: Ребята, мы вас любим, будьте счастливы, живите долго обязательно. Не взирайте на всякую попсу, которая творится. Не берите кредиты. Посылайте всех!
Семён Чайка: Это аккуратно! Посылайте всех аккуратно. И сейчас будет финальная песня сегодняшнего эфира. Завтра в «Живых» группа «Чёрный Обелиск». Это я так на всякий случай в качестве анонса. Погнали всем-всем пока!
Александр Чернецкий: Хочется жить! Ребята, чтобы вас это ощущение никогда не покидало, дай Бог.
…Звучит песня «Хочется жить!»
ВИДЕО
2013. Разные Люди — «Живые» (Москва, Наше Радио, 28.08.2013)
Посмотреть на Rutube:
https://rutube.ru/video/7dd8e0f2db97d88902aabc0ab1470eab/
Посмотреть на VK:
https://vk.ru/wall-23014_14009
Предлагаем Вашему вниманию:
I. Коллекционное издание «Александр Чернецкий. Чёрный ворон – я не твой. Том I – Студия».